Остров Крит. Лабиринтами прошлого (2014).

И вновь далекая, но ставшая уже такой близкой, Греция, являющаяся одним из тех государств, на изучение которого мною потрачены не месяцы, а годы. И хотя так сложилось, что большая часть этого времени отводилась изучению книг и проработке научных трудов философов, мистиков, мифологов, палеонтологов, археологов, историков и пр. специалистов, и только немногим более месяца на проведение экспедиций уже на самой древней исторической территории эллинов – могу сказать, что именно такое распределение «нагрузки» стало более чем эффективным и результативным в решении важных для меня вопросов.

И, тем не менее, это не говорит о том, что больше не будут планироваться поездки в какой-либо из номов (областей) этого государства или на какой-либо из его многочисленных островов. Такой уверенности нет. И в первую очередь потому, что всегда по мере продвижения и углубления в исследовании любой темы, как правило, возникают и другие вопросы. Одно «Почему?» неизменно «тянет» за собой и второе, третье и так далее. А соответственно, возникает необходимость и в поиске ответов – второго, третьего… И таких «Почему?», что становились следствием нескольких моих путешествий по Греции, было уже немало, так как в итоге поиска дороги вновь и вновь возвращали меня в Грецию. И я снова отправлялся в путешествие: материковая часть – Салоники, Аттика – Афины, центральная Греция – Дельфы, Халкидики – автономное государство Афон, и острова – Крит, Кос, Лесбос, Фест, Лесбос, Кносс, Родос… Но земля современной Греции, какой бы богатой событиями и тайнами она ни была, не может «знать» и «помнить» абсолютно все. Вопросы и желание найти на них ответы вели меня и в другие места, что, так или иначе, имели отношение к далекому прошлому древней Эллады – в Тунис, Кипр, Сицилию… Вот только одна «цепочка», связанная одним направлением, и только за последние полтора года: Кипр – Греция – Тунис – Греция – Сицилия. Но параллельно ей на протяжении четырех лет (начина с 2011 года) шли и другие, тесно взаимосвязанные, «цепочки»: Италия, Германия, Китай, Шаолинь, Тибет, Непал, Камбоджа, Шри-Ланка, Мексика, ОАЭ, Доминиканская республика, Франция, Португалия, Чехия, Египет, Латвия, Узбекистан… Но перечисленная последовательность стран весьма условна, да к тому же не полная, так как в данном случае нет надобности углубляться в тонкости. Это не отчет. Я всего лишь стараюсь показать с одной стороны «распыл» нужной мне информации по всему миру, но с другой – наличие теснейшей взаимосвязи между всеми этими «каплями», несмотря на расстояния и в некоторых случаях на отсутствие внешних признаков идентичности. И здесь так же, как в и отношении Греции, я не могу с уверенностью сказать, что больше не будут планироваться поездки в какую либо из стран, что уже значилась в моем плане и где проводилась определенная работа. Так же не может быть уверенности и в том, что мне не придется в n-й раз посещать какое-либо из мест в той или иной стране. Потому как работа еще в самом «разгаре».

Вот к работе, которая на этот раз проводилась на одном из крупнейших островов греческого архипелага – острове Крит (Κρήτη), являющегося к тому же пятым по величине островом в Средиземноморье, и обратимся. Напомню, что именно средиземноморской акватории в 2014 году я уделил наибольшее количество и своего времени, и внимания, и своих сил. И дело здесь, как вы понимаете, не в красоте этих мест (хотя и этот фактор не стоит отбрасывать, потому что это, воистину воплощение рая на земле, а точнее, нескольких его филиалов одновременно), а в особой значимости этих мест.

Во-первых, в исторической или историко-культурологической значимости. Потому как на территории острова Крит сформировалось ядро того, что называют «древнегреческой культурой», «архаичной культурой Греции» или в более обширном понимании «древнегреческой цивилизацией» – то есть ядро одного из витков или ступеней развития конкретного сообщества людей (народа). Но более правильным будет утверждение: здесь зародилась та древнегреческая культура, с которой большинство связывают историю развития Греции как государства. Правда, упуская из виду всего-то несколько тысячелетий (с припиской «до н.э.», разумеется). И при том очень важных тысячелетий, так как именно в этот «неучтенный период» формировались предпосылки для зарождения мощнейшей цивилизации. А так же формировалась, развивалась и крепла конкретно та цивилизация, что стала, повторю, прародительницей греческой цивилизации более позднего периода. О какой конкретно цивилизации применительно к этому таинственному средиземноморскому острову идет речь? О так называемой крито-микенской цивилизации.

Все, что имеет отношение к этой цивилизации (а это ключевой момент моего интереса к Криту) и станет предметом рассмотрения в данной статье. Сейчас же вернемся к вопросу значимости такого места как остров Крит. С историческим аспектом разобрались. Далее идет сакральный, и это будет у нас – во-вторых. А именно, ход развития и существование (бытие) любой цивилизации является отражением того источника знания (а именно, – группы людей, достигших высокого уровня развития, или же группы сущностей более высокого порядка), который дал начало этой цивилизации. Следовательно, и здесь работает принцип причинности Гермеса Трисмегиста: «Всякая причина имеет следствие, всякое следствие имеет причину». Где наблюдаемые и осязаемые достижения цивилизации являются следствием. Причина – это определенные знания и умение ими пользоваться.

Итак, начнем с архаичности. То есть вернемся к предыдущему вопросу зарождения цивилизации. Дело в том, что продолжительность периода, который исследователи обозначают понятием «архаичный», то бишь, «древнейший» для конкретно рассматриваемой культуры, в данном случае греческой, ранее определяли как 8000 лет до н.э.. И так было вплоть до XIX века: до того момента, как Генрих Юлий Шлиман не начал раскопки на территории Центральной Греции. Таким образом, к первоначальному «возрасту» греческой цивилизации прибавилось еще два тысячелетия. Из которых, если быть точным, только одно было «греческим» – второе же принадлежало тем народам, что заселили Балканский полуостров, западное побережье Малой Азии и острова Эгейского моря гораздо раньше, нежели эллины (как сами греки себя называли). Это были, скорее всего, так называемые «люди моря» – догреческие народы. Греческие мифы и предания, во многом являющиеся основным источником исторической информации «такой глубины» в плане погружения в прошлое, упоминают о многочисленных народах, населявших вышеперечисленные территории: кидоны, минийцы, кавконы, лелеги, аркадийцы, дриопы, кинурийцы, куреты, молосцы, телебои, лелеги, пеласги, тевкры, термилы, тирсены. Применительно к Криту существует свидетельство опять же Гомера: на пеласгов и кидонов он указывает как на обитателей этого острова до прихода туда греков (ахейцев). И кстати, согласно и другим греческим преданиям именно пеласги пришли на Крит вместе с греками в эпоху правления легендарного Миноса, являясь к тому же наиболее многочисленным племенем материковой Греции. Тот факт, что население Крита в период минойской цивилизации имело догреческое происхождение, подтверждают и современные исследователи. Указывают они и на то, что даже внешне эти люди (назовем их минойцы) очень сильно отличались от тех же ахейцев, которых считают «прародителями» греков. По одной из версий это были люди «кавказоидного», скажем так, типа, что ярко проявлялось в их внешности. Впрочем, достаточно просто внимательно присмотреться к фрескам, украшавшим стены дворцов того времени и заметить, что подобное мнение не безосновательно.

Итого, подводя итог сказанного в отношении возраста греческой цивилизации, получаем довольно внушительную цифру: 10 000 лет – это только период до новой эры. Плюс, соответственно, и период эры новой, но в данном случае мы его не рассматриваем.

Сделаю сноску в виде комментария о людях, открывших миру древние поселения на территории Греции и Крита. Упомяну только два имени, хотя на самом деле таких специалистов больше, многие из которых вели раскопки совместными усилиями. И вклад их не менее значим. Первый – это Генрих Шлиман, немецкий археолог-самоучка и один из основателей полевой археологии, который стал знаменит благодаря открытию легендарной Трои, древнего города Орхомен в одном из номов центральной Греции (Беотия). Который так же вошел в историю как человек, «случайно» открывший микенскую цивилизацию («случайно» потому, что искал Шлиман Трою). Вторым является Артур Джон Эванс, британский археолог, которого называют первооткрывателем минойской цивилизации. Мне близки по духу эти люди. Шлиман своей преданностью детской мечте, заключавшейся в желании вернуть к жизни Древнюю Грецию. Он следовал этой мечте всю свою жизнь, придя в итоге к грандиозным открытиям. Эвансу же, как сыну известного коллекционера предметов древности, желание искать, изучать и знать было привито с детства. А потому, преодолев непростой путь, он значительный отрезок своей жизни посвятил поиску и изучению древнего города. Этот человек оставил все в обмен на ежедневный, кропотливый труд, который заполнил его жизнь, приближая к цели…

Помимо раскопок не территории Греции Генрихом Шлиманом были начаты работы на Кифере и в Пилосе. А так же планировалось проведение работ в Египте и Крите, что позднее осуществил Артур Эванс. Хотя, должен сказать, что именно Шлиман мог стать первооткрывателем не только микенской цивилизации (искал Трою в районе города греческого города Микены) и Трои (которую он все-таки нашел, но на территории Турции), но и Критских тайн. Помешал ему в этом случай: он, торгуясь, и при том весьма успешно, с владельцем земли, где предположительно мог находиться дворец царя Миноса, обнаружил в договоре неточности, которые свидетельствовали о попытке «выбить» у него деньги, не подкрепленные «товаром»: не досчитался нескольких оливковых деревьев, что были «приписаны», но не существовали «по факту». Будучи человеком принципиальным, Шлиман отказался от покупки…

Артуру Эвансу повезло больше. Он долго вел переговоры (с турецкими властями) о работах на участке вблизи Кандии, где были обнаружены стены древних строений и керамика (названная впоследствии микенской). Но результативными они стали только после получения Критом автономии в составе Османской империи. Став владельцем земельного участка, археолог принялся за работу, которой отдал все оставшиеся годы жизни – почти 40 лет. Покинул он остров в возрасте 88 лет, не прекращая поиск до последнего дня пребывания на Крите. Первоначально Эванс заинтересовался одним из мест на северном побережье острова на почве увлеченности финикийской письменностью. А в итоге сделал многим большее открытие: организовал масштабные раскопки Кносского дворца на Крите, и конечно, нашел образцы критской письменности, которые долгое время пытался расшифровать самостоятельно (он выделил на найденных источниках несколько типов критской письменности, назвав их «критские иероглифы», «линейное письмо А» и «линейное письмо Б»). Эванс открыл культуру, о которой судить могли разве что по мифам и легендам.

Более того, он был первый, кто составил периодизацию истории Крита, опираясь на свою находку. Эванс предложил разделить историю Крита III – II тысячелетий до н. э. на три периода: раннеминойский (РМ), среднеминойский (СМ), позднеминойский (ПМ). Применительно к конкретному историческому времени выглядит это следующим образом. III тысячелетие до н.э. (3000 – около 2200 гг. до н.э.) он обозначил как ранний период минойской культуры или период становления цивилизации. Рубеж III – II тысячелетий до н.э. (около 2200 – около 1600 гг. до н.э.) – это эпоха появления первых государств. По классификации Эванса средний минойский период или эпоха «старых дворцов». И позднеминойский период: около 1600 – около 1200 гг. до н.э. (иной вариант периодизации: 1700 – 1400 гг. до н. э.) – или эпоха «новых дворцов». Каждый из этих периодов был в свою очередь подразделен на I, II и III субпериоды. Периодизацией Артура Эванса, принятой с небольшими изменениями, пользуются и сейчас. И ее же использовали при составлении параллельных хронологических схем для двух других культур – элладской или материковой греческой, а так же кипро-минойской.

Обратите внимание, что и Генрих Шлиман, и Артур Эванс были предпринимателями – то есть людьми, имеющими свое дело и умеющими зарабатывать деньги. Потому что и в те времена реальные и результативные занятия археологией, равно как и другие исследования, были довольно дорогим удовольствием, а потому были уделом людей обеспеченных. Потому и я смог позволить себе серьезные исследования только тогда, когда параллельно с проработкой колоссального объема информации по интересующим меня темам, я еще и заработал необходимые для проведения этих исследований деньги. Но как можно успеть за несколько дней или месяцев исследовать то, на что иные тратят годы? Повторю сказанное мною ранее: именно такое распределение «нагрузки» стало более чем эффективным и результативным в решении важных для меня вопросов (подчеркиваю: важных именно для меня). Безусловно, это не годы и не десятилетия, которые отводили для своих исследований, например, Шлиман, Эванс и многие-многие другие, как профессионалы, так и самоучки-любители. И не только в прошлом, но и сегодня – ведь исследования с целью найти ответы на многие загадки, что содержит история человечества, продолжаются. И люди по-прежнему отдают себя без остатка только для того, чтобы докопаться до истины (а применительно к археологии – докопаться и в прямом смысле). Ибо по большому счету, дело здесь не в сроках, отводимых на изучение чего бы то ни было, а в конечной цели этого изучения. А так же в способах достижения поставленной цели. Поэтому там, где одному, исходя из его цели, потребуется затратить годы жизни, дабы получить желаемое, другому достаточно будет и нескольких минут, часов или дней, чтобы приблизить к себе свою собственную цель, значимость которой, заметьте, при этом не уменьшится.

К тому же, если есть возможность опереться на фундамент, являющийся итогом многолетнего труда человека, и извлечь из этого пользу – такой возможностью стоит воспользоваться, на этот фундамент стоит опереться в своем собственном поиске. Это правильно. И это рационально. Не забываем также и о способах достижения цели, непосредственно связанных с понятиями «видеть», «слышать», «читать», «понимать» и «знать», а точнее, с разностью понимания людьми заложенного в них смысла.

Но я обойду стороной описание особенностей своей работы, ограничившись малоинформативной фразой: «У меня несколько иной подход…», потому что говорить мы будем здесь исключительно о цели моего визита за «семь морей». Ну, или всего лишь за три – Черное, Мраморное и Эгейское. А цель эта, напомню, выражается следующим образом. На острове Крит зародилась так называемая Критская цивилизация, являющаяся древнейшей цивилизацией Европы. И не только по географическому признаку, но и по духовной составляющей. А потому и интересен мне этот остров в виду наличия на его территории потрясающего наследия, имеющего отношение к цивилизации, которую еще Артур Эванс назвал минойской – в честь царя Крита Миноса. Кстати, отношение к этому легендарному правителю неоднозначно: одни исследователи считают его фигурой исключительно мифической, другие же придерживаются мнения, что человек этот реально существовал.

Подогрев моего интереса обеспечен и тем фактом, что минойская цивилизация возникла не сама по себе и не на пустом месте. Бронзовый век или как в данном случае, внося уточнение, говорят «эпоха ранней бронзы», дал целое соцветие цивилизаций, которые с одной стороны существовали параллельно друг другу, но с другой – взаимодействовали и тесно переплетались. Это время закладки того самого фундамента современной науки и культуры, о котором я, повторяю, говорил в своей первой (вводной) публикации из цикла тех, что посвящены моим путешествиям по Греции, раскрывая суть понятия «колыбель цивилизации» применительно к этому древнейшему государству («Страна Богов – Греция. Часть 1«).

И прежде всего это Троя. Первые слои (наиболее древние слои, где обнаружены следы человеческого присутствия) относятся еще к эпохе неолита (последний этап каменного века) – это примерно 7000 лет до н.э.. Период, характеризующийся появлением первых крупных поселений является более поздним, с ориентацией на 3000 года до н.э.. Но вот то, что принято называть «развитой цивилизацией» на основании свидетельств древнегреческих поэтов и историков и на основании результатов раскопок того же Генриха Юлия Шлимана, относится уже к периоду 2600 – 2300 гг. до н.э.. Где же находился город, что был центром этой цивилизации? Западное побережье Турции, область Троада, известная в древности как Фригия (холм Гиссарлык, находящийся примерно в 7 километрах от входа в пролив между полуостровом Галлиполи и северо-западом Малой Азии, именуемый Дарданеллы), – как раз и считается местом нахождения легендарной Трои, воспетой Гомером в своей не менее легендарной поэме «Илиада». Для историков этот человек стал летописцем и такого исторического события, как Троянская война. Опирались на свидетельства Гомера в своих поисках и Шлиман, и Эванс. «Илиада» стала для них главным документом, подтверждающим не только исторический факт того, что описываемые события имели место, но и своего рода путеводителем, и даже картой, по которой они сопоставляли письменный памятник (поэму) и топографию (описываемую в поэме местность с той, где предположительно разворачивались события). Так были найдены руины Трои. Или скажем так, многослойные остатки города, принадлежащие разным историческим и временным периодам и указывающие на то, что здесь с большой долей вероятности могла находиться именно Троя.

Далее. Это раннеэлладская культура материковой Греции периода от последней трети III тысячелетия до н.э. до XI века до н.э. – то есть Ахейская Греция или микенская цивилизация (часть крито-микенской культуры). Называют ее «микенской» по одному из крупнейших городов-государств той эпохи – Микенам. Предпосылками для возникновения этой цивилизации стало вторжение племен ахейцев на территорию Балканского полуострова на рубеже III – II тысячелетий до н. э., первоначально обитавших в районе Придунайской низменности и Причерноморских степях. Продвигаясь вглубь территории, ахейцы частично уничтожали коренное население этих мест, частично это население ассимилировало, приспосабливаясь к новым условиям выживания, что, естественно, отражалось и на их культуре. Точнее на культуре общей, как для завоевателей, так и для аборигенов, потому что пелазги, например, находились на более высоком уровне развития, нежели ахейцы. Что, впрочем, не помешало последним уже в XV – XIII веках до н. э. завоевать Крит и Киклады (острова Кикладского архипелага) и создать собственные колонии, укрепив влияние на многих островах Эгейского моря. Знаменитые античные города-государства Дельфы, Коринф, Фивы, например, так же возникли на месте древних ахейских поселений. Поэтому чаще эту культуру называют «ахейской», а период с 1600 по 1025 год до н.э. – микенским.

Так же стоит сказать и о культуре Кикладского архипелага. Между Афинами и Критом в юго-западной части Эгейского моря простирается архипелаг, в который входит более чем 200 островов. Это Киклады. Среди этого множества островов архипелага выделю только два. Остров Делас, почитаемый как священное для греков место – религиозный центр, ибо в древних мифах утверждается, что здесь родились Аполлон и Артемида. Но особо отмечу остров Тира (Фира) или в современном варианте – остров Санторини, где обнаружен древнейший город, по возрасту относимый к бронзовому веку, а по культуре и уровню ее развития – к минойской цивилизации. Подтверждение тому получено при проведении раскопок в районе селения Акротири, где под слоем пепла были обнаружены полуразрушенные двух- и трехэтажные строения античного поселения с прекрасно сохранившими в некоторых местах стенами, помещениями и предметами быта, в частности, посудой. Настоящее название этого древнего города неизвестно. Но особенности архитектуры и фрески, украшающие стены домов, четко и красноречиво указывают на наличие тесной связи культуры этого острова с минойской культурой, то бишь, непосредственно с цивилизацией острова Крит.

Этот древний город был погребен под слоем пепла примерно в 1500 году до н.э. в результате мощнейшего (второго по силе за всю историю человечества) извержения вулкана Санторин, располагавшегося на острове Тира, но в результате этого извержения ушедшего под воду. Отчего бывший круглым остров (что отражено и в его древнем названии Стронгила, то есть «круглый») приобрел форму полумесяца. Но тот факт, что в найденных домах нигде не встречаются человеческие останки, говорит о том, что извержению вулкана предшествовало землетрясение, что позволило жителям покинуть свои дома до того, как их накрыло пеплом…

И к этому острову, и к произошедшему там извержению вулкана я еще вернусь в своем повествовании, потому как вся эта информация имеет прямое отношение к острову Крит – к той культуре, что зародилась здесь, дав начало целой цивилизации, получившей название минойская. Но то отношение, о котором пойдет речь, связано не с зарождением минойской цивилизации, а с ее гибелью. Что же касается цивилизации Киклад, то повторю. Это еще одна мощная цивилизация, развитие которой совпало с рассматриваемым нами периодом – с III по II тысячелетие до н.э. или с 2700 по 1400 гг. до н. э., и которая развивалась, как я уже говорил параллельно и в тесном взаимодействии с уже названными выше культурами. Каким образом осуществлялось это взаимодействие, если учесть географическое расположение центров каждой из культур и расстояния между ними? Море, друзья мои. Объединяющим началом здесь служит море. Оно олицетворяет собою жизнь, выражающуюся во взаимодействии между народами: в первую очередь в торговле и завоевании территорий.

И здесь уместным будет перейти к вопросу, углубленное изучение которого и привело меня на Крит. Это Критская или крито-минойская цивилизация. И начать с того, что культура Крита не была принесена откуда-то извне – все это, скажем так, местные наработки. Более того, ее появление и развитие вполне закономерно, и датируется примерно 6000 – 5000 годами до н.э. – это как минимум. Безусловно, подобного уровня развития могла достичь любая из перечисленных выше культур-современниц, но вот так сложилось, что произошло это именно с минойской культурой. Почему повезло Криту? В чем его преимущество? Прежде всего, в географическом расположении, которое позволяло (да и позволяет) острову быть связующим звеном между разными областями Средиземноморья. Говоря иначе, Крит располагался на пересечении всех путей, которые только существовали. Но главное, Крит занимал выгодное географическое положение между Грецией и Египтом, как центрами других мощных культур. Это первый и наиболее важный фактор.

Второй не менее важный фактор, повлиявший на зарождение столь высокоразвитой цивилизации, – это высокая восприимчивость жителей Крита ко всему интересному, полезному и передовому, что поступало к ним торговыми, а соответственно, и культурными путями из Древнего Египта, например, или из стран Малой Азии. То есть, на мой взгляд, этому народу были присущи такие черты, как особая восприимчивость, способность к переработке (комбинированию) и усвоению получаемого знания, а в конечном итоге и его воплощению – желанию и умению это сделать. Что, собственно, и вывело культуру Крита в разряд высокоразвитых и ведущих культур своего времени, способствуя развитию критской цивилизации. Кстати, и античная цивилизация древних греков в I тысячелетии до н.э., по сути своей, является результатом переработки чужого опыта под свои потребности. Но вот от критской цивилизации на тот момент существовали уже только мифы.

Вспомним теперь классификацию первооткрывателя минойской культуры Артура Эванса, а точнее период с конца III по начало II тысячелетий до н.э., названный им как эпоха «старых дворцов». Именно в этот период появляются такие важные для острова города и центры культуры, как Кносс, Фест, Закрос (Като Закро) и Малия, которые уже в позднеминойский период (около 1600 – около 1200 гг. до н.э.) прекращают свое существование либо как важный культурный центр, либо вообще подвергаются разрушению. Интересны эти места тем, что в каждом из них найдены доказательства их былого величия. Более подробно будет рассмотрен Кносс. Что касается других городов, то ограничусь краткой характеристикой этих «исторических доказательств».

Наидревнейшие поселения города Феста (южное побережье Крита), о котором так же писал Гомер, относятся к IV тысячелетию до н. э.. Но два дворцовых комплекса, руины которых являются достопримечательностью Феста, принадлежат уже началу II тысячелетия до нашей эры – то есть периоду его расцвета как центра минойской цивилизации. Первый дворец в Фесте был построен около 2000 года до н.э., но просуществовал не так уж и долго, так как был разрушен землетрясением – примерно в 1700 году до н.э.. А спустя пару столетий (около 1450 года до н.э.) на месте старого дворца был построен другой, многократно превосходящий своего предшественника в красоте и величии. Закат этого величия отмечен 200 годом до н.э. – он был разрушен во время войны с близким соседом городом Гортина.

Руины построек минойской цивилизации в Закросе (восточное побережье Крита, в районе деревни Като Закрос), в том числе и одного из критских дворцов – четвертого и последнего из найденных дворцов минойской эпохи, представляют собой важнейший археологический объект Крита, исследования которого продолжаются по сей день. Построен он был примерно в 1700 – 1600 годах до н.э., что совпадает по времени с возведением новых дворцов в Кноссе, Малии и Фесте. Но уже в 1450 году до н.э. дворец разделил участь всех других упоминаемых здесь строений – был разрушен. Предположительно в результате природной катастрофы, тема которой здесь так же будет затронута. В отношении же самой древней постройки, как главного объекта исследований, могу сказать, что это самый маленький по размерам комплекс из четырех минойских дворцов Крита, но ва то же время наиболее сохранившийся.

Помимо руин дворца в этих местах есть и другое, не менее интересное место – называют его Ущелье мертвых. А все потому, что здесь были обнаружены захоронения. Предположительно времен минойской цивилизации.

Третий центр древней цивилизации – город Малия. Здесь сохранились руины дворца, построенного в одно время со знаменитым Кносским дворцом. Но роднит эти два комплекса не только «время рождения», но и родственные узы их собственников: Малийский дворец принадлежал царю Сарпедону – брату царя Миноса, которому принадлежал дворец в Кноссе. Раскопки и исследования руин продолжаются здесь и в настоящее время – уж больно много тайн хранят в себе слои грунта, покрывающие разрушенные стены древних построек. Ведь самой известной находкой в этих местах стала, так называемая «неофициальная эмблема Крита» – золотая подвеска в виде двух пчел, сжимающих в лапках каплю меда. И кто знает, какой еще подарок может преподнести дворец Сарпедона…

И наконец, Кносс. Во времена расцвета минойской цивилизации это был главный из существовавших городов на острове Крит. Но когда рассвет минойской цивилизации сменился ее закатом, город перешел под власть ахейских греков, принесших свою культуру. Но это уже были времена цивилизации, называемой микенской. Ныне этот древний город расположен около современного Ираклиона (административного центра острова). Безусловно, Кносс – не единственное место, где сложно рассмотреть ту тонкую грань между мифами и реальностью. История самого острова Крит, воспетого Гомером в своей «Илиаде», представляет собой сложную смесь исторических фактов и легенд, которые, по сути, есть не что иное, как гармонично объединенные между собой истина и вымысел. Да, собственно, эпос любого народа в этом смысле схож. Ибо основной его целью является донесение информации о героическом прошлом конкретного народа, о прославивших себя и свой народ людях, об общем укладе жизни, дабы не рвалась от времени нить, соединяющая поколения этого народа. Это та генетическая память, что позволяет народам существовать на протяжении веков и даже тысячелетий. И миф о Минотавре и лабиринте, с которым чаще всего и ассоциируется остров Крит в целом и город Кносс в частности, я бы так же сравнил со своего рода «генетическим кодом», благодаря которому из поколения в поколение передается информация, поддерживающая в первую очередь национальную идентичность. Но в данном случае речь идет о более широком понимании этого термина, нежели идентичность создавшего этот эпос народа.

Но прежде чем хоть что-то говорить о мифе, стоит обратить внимание на следующий момент: в основе любого такого сказания неизменно лежит некая историческая информация о событиях и людях, пусть и приукрашенная фантазией сказителя. Именно поэтому древний Кносс связывают так же и с именем одного из его правителей – царем Миносом, то есть с вполне определенным человеком, с определенным историческим временем и с хронологией происходивших событий. А все, как вы уже знаете, благодаря тому же Гомеру и его важнейшему и бессмертному историческому свидетельству – «Илиаде», на которую опирался, напомню, и Артур Эванс в своих поисках. Что он искал? Город Миноса. И нашел. Потому что верил в правдивость слов Гомера:

«…Остров есть Крит посреди виноцветного моря, прекрасный,

Тучный, отовсюду объятый водами, людьми изобильный;

Там девяносто они городов населяют великих,

Разные слышатся там языки: там находишь ахеян,

С первоплеменной породой воинственных критян; кидоны

Там обитают дорийцы кудрявые, племя пеласгов,

В городе Гиоссе живущих. Едва девяти лет достигнув,

Там уж царем был Минос, собеседник Кроннона мудрый…»

Напомню, что и открытую им древнюю культуру Эванс назвал именем этого легендарного царя Миноса. Я более чем уверен, что упоминаемый в мифах царь Крита – это реально существовавший человек. Уверен так же и в том, что и характер Миноса, и способы прихода к власти и последующего управления государством, организация внешних связей этого государства и т.д. – все эти моменты не особо удалены от истины. Просто преподнесена информация иносказательно. Учитывая тот факт, что статья «Страна Богов – Греция. Часть 1» содержит в себе всю необходимую информацию по теме «Древнегреческая мифология», мне остается лишь бегло пройтись по основным узловым моментам, имеющим отношение к данной теме.

Кто такой Минос? Кроме того, что это царь Крита, мифы свидетельствуют и о его происхождении: Минос был сыном (одним из многочисленных детей) бога Зевса и земной женщины – дочери финикийского царя по имени Европа. Да и сам Зевс по одной из версий был рожден в одной из пещер Крита, там же прошло и детство этого бога.

Итак, рождение Миноса. Финикийская принцесса Европа, будучи юной и прекрасной девой, в один из дней играла со своими подругами на берегу моря. Там и увидал ее Зевс. Воспылав страстью, он превратился в прекрасного белого быка с алмазными рогами, появившегося на берегу как бы из ниоткуда. Подождав, пока Европа подойдет к нему (а подпускал он только ее) и сядет на спину, Зевс вошел в воды моря и поплыл… Девушке оставалось лишь ждать, пока вдали покажется другой берег. Это был остров Крит. Зевс, похитивший Европу, тут же принял облик прекрасного и страстного юноши – то бишь стал самим собой. Юная красавица не смогла устоять перед его неземным обаянием… и, как итог, от этого союза родились три брата – Минос, Радаманф и Сарпедон. Что было дальше? По одной из версий Зевс поселился с прекрасной возлюбленной вдали от человеческих глаз, где она и родила ему трех сыновей. Согласно другой – Зевс занялся своими божественными делами, а земная женщина Европа спустя время вышла замуж за царя Крита Астериона. Он не имел своих детей, а потому, умирая, оставил власть над островом сыновьям Зевса.

Далее, естественно, последовала борьба за трон, которую удалось выиграть Миносу. Но только потому, что он подключил к этому процессу брата Зевса – бога Посейдона. Минос желал управлять всем островом – о чем и просил бога морей и океанов. Минос обещал Посейдону в знак благодарности отдать самого лучшего быка, который был послан ему самим же богом моря в качестве жертвенного животного (культ быка прослеживается абсолютно во всех сферах жизни Крита). И когда тот откликнулся на зов и выполнил просьбу, сделав Миноса правителем Крита, сын Зевса попытался прибегнуть к хитрости: необычного и очень красивого быка, полученного от Посейдона, он оставил себе, отослав взамен другого. Чем и навлек на себя гнев этого бога. Посейдон наслал на быка безумие, от чего тот носился по всему острову, и сносил все на своем пути. Поймать обезумевшее животное было поручено Гераклу. Что он и сделал, совершив тем самым свой седьмой подвиг.