Мудрость Сиракуз. Шар, вписанный в цилиндр (2014).

«Архимед имел возвышенную душу и глубокий ум, и, обладая громадными богатствами геометрических теорий, он не хотел оставить ни одного сочинения относительно тех машин, которые доставили ему славу знания, не только доступного человеку, но почти божественного… Во всей геометрии нельзя найти более трудных и глубокомысленных задач, которые были бы решены так просто и ясно, как те, которыми занимался Архимед. Одни приписывают эту ясность его высоким дарованиям, другие же – тому напряженному труду, при помощи которого ему удавалось дать своим открытиям такое выражение, что они становятся доступными без труда. Если читатель сам не находит доказательства, то при изучении архимедовых сочинений у него создается впечатление, что он и сам смог бы без труда найти решения, – таким легким и быстрым путем Архимед приводит к тому, что он хочет доказать. Поэтому не кажется невероятным, что он, как рассказывают, будучи околдован геометрией, забывал о пище и пренебрегал заботами о своем теле. Часто его насильно заставляли принимать ванну и натираться мазями, а он чертил на золе геометрические фигуры и на своем намазанном маслом теле проводил пальцем линии, – настолько он был охвачен этими занятиями и действительно одухотворен музами. И хотя у него было много прекрасных открытий, он просил своих родственников и друзей начертить на его могиле только цилиндр и содержащийся в нем шар и указать соотношение между объемами этих тел. Таков был Архимед, который благодаря своим глубоким познаниям в механике смог, насколько это от него зависело, сохранить от поражения и себя самого и свой город«.

Каждый, кому хоть раз приходилось интересоваться биографией Архимеда, непременно встречал этот знаменитый текст авторства древнегреческого философа и биографа Плутарха, представляющий отрывок из написанных им «Сравнительных жизнеописаний» – двадцати двух (некоторые исследователи причисляют к «Жизнеописаниям» еще четыре одиночных биографии) биографий известных персон античности – как греков, так и римлян. Данная выдержка взята из биографии римского политического деятеля, консула Римской республики и полководца Марка Клавдия Марцелла. И, кстати, является практически единственным подробным историческим упоминанием о знаменитом греке, что парадоксально по отношению к славе этого человека, являющейся следствием его достижений. Но при чем здесь Архимед?

Более века длились войны между Римом и Карфагеном – с 264 г. до н.э. по 146 г. до н.э.. И во времена Второй Пунической войны Марк Клавдий Марцелл прославился тем, что под его руководством после вынужденной длительной осады (с 214 по 212 года до н.э.) римляне хитростью взяли город-крепость Сиракузы. А вынужденной эта осада была только потому, что в защите города принимал активное участие местный механик-изобретатель Архимед. Именно его чудо-машины, получившие всемирную известность, а так же многие другие, наводящие на врага ужас и существенно уменьшающие его численность, «хитрости», то бишь, изобретения остановили штурм римлян и с моря, и с суши. Марцелл оценил уникальность таланта этого грека, а потому после захвата города одним из его распоряжений было сохранить жизнь Архимеду и привести к нему. Но Архимед был убит тем римским солдатом, которому было приказано доставить сиракузского механика к Марцеллу живым. Существует несколько версий смерти Архимеда, разнящиеся в деталях. И все они, безусловно, важны для специалистов, занимающихся глубоким и тщательным изучением той или иной эпохи и всего, что с этим временем связано, так как в таких делах без деталей не обойтись. Но для того, чтобы раскрыть тему данной публикации достаточно просто констатировать факт трагической гибели великого гения древности от руки идиота, которому то ли что-то показалось, то ли он обиделся на недостойное к нему отношение, как к великому завоевателю… – что, повторяю, не имеет в данном случае значения. И идти дальше…

… По дорогам древнего города Сиракузы вместе со мной. Разумеется, интерес мой к этому далекому сицилийскому городу не привязан только к Архимеду, хотя и это имеет место. И далеко не последнее (о сути этого интереса будет сказано позже). Дело в том, что невозможно говорить о легендарном городе Сиракузы без связки с его легендарным горожанином. Не стал отступать от традиции и я. Ингвар не оригинален? Говорит о том, что уже и так все знают? Друзья мои, есть вещи, где попытки соригинальничать не уместны. А если и допустимы, то в минимальных дозах. И что буквально несколько дней назад я продемонстрировал первой своей публикацией из цикла статей, посвященных путешествию по Сицилии. Но если быть более точным, то истории этого острова. И самые стойкие из вас в виду своей любознательности и целеустремленности смогли убедиться в этом, совершив вместе со мной интересное и длительное путешествие в прошлое древней земли Тринакрия и оставив позади себя всего лишь 33 столетия. Или 3300 лет. Это уж как кому больше нравится, ибо суть не в том, как изобразить ленту времени. Суть в том, чем это время заполнено. Сегодня же, как и было обещано, мы продолжаем путь.

С чего началось мое знакомство с колонией греков – древним городом-государством Сиракузы или, как называют уже современный город, стоящий на месте прежнего, – Сиракуза (Siracusa). Стандартно, как и у всех – с вокзала и гостиницы (от Катании всего час пути по трассе – как говорится, быстро и с комфортом). Ну а потом – с прогулки по городу. Я не ставил перед собою никаких целей. Я просто ходил по улицам неизвестного мне города и… А вот здесь и стоит уточнить. Цель все-таки у меня была. Потому что в процессе своих блужданий я вслушивался в звуки, которыми наполнен город, я всматривался в лица людей на улицах, а вдыхая воздух, я старался не пропустить ничего из того букета ароматов, что так же несет в себе информацию о новом для меня месте… – то есть я наблюдал. Это и была моя цель. Мне нужно было «увидеть» и «услышать» это место в целом, увидеть «лицо» города. И только потом браться за изучение конкретных деталей этого «лица» – всего, что связано с тем далеким периодом, исчисление времени которого принято вести в сторону уменьшения, а после указания даты обязательно уточнять – «до н.э.».

И первое впечатление. Не смотря на то, что в «паспорте» Сиракуз дата рождения указана – «734 г. до н. э.», на внешнем облике города эта «старость» совершенно не отражается. И не потому, что практически все постройки принадлежат к более позднему историческому периоду, а в первую очередь потому, что не старость это вовсе. Это опыт, это мудрость. Мудрость Сиракуз.

Помимо информации о неизвестном мне месте, я получил огромное удовольствие от своих прогулок. В одиночестве, без сопровождения гида. Ибо цель, которую я ставил перед собой и те методы, которыми достигал этой цели, не требовали присутствия другого человека, пусть и сведущего в вопросах местных достопримечательностей и их истории. Потом я, разумеется, воспользовался услугами такого специалиста, дабы не тратить впустую время на поиск нужного мне объекта и не менее нужной информации о нем. Гид попался замечательный – энергичный и веселый человек, проявивший за время общения с ним все самые яркие черты так называемого «итальянского национального характера». И что немаловажно – отлично говорящий на русском языке. Вот с ним-то мы и обошли практически весь город (ведь «ареал» моих одиночных прогулок ограничивался лишь небольшой территорией новой Сиракузы или Неаполем). И я благодарен, что «послан» мне был именно этот человек. Так как много интереснейших деталей, что поведал мне он, принадлежат исключительно миру этих древних мест и людям, что всю свою сознательную жизнь провели здесь, с детства впитывая в себя ту информацию, что чаще именуют «духом» того или иного места. Следовательно, и прочесть все это где-нибудь в книгах или попытаться найти в Интернете будет затруднительно.

И поскольку интересовала меня старая часть города, то бишь остров Ортиджа, то и направились мы, прежде всего, именно туда. Напомню, что первоначально греческая колония Сиракузы была основана на этом маленьком островке, что находится неподалеку от восточного побережья Сицилии. И только спустя время город, расширяясь, «перебрался» с Ортиджи на соседний остров Сицилию – так родился Неаполис или «Новый город», состоящий из четырех районов: Ахрадина, Неаполис, Тихе, Эпиполы. Ныне являющийся единым городом Сиракуза, объединившим в себе как «старую» часть, так и «новую» (хотя если учесть возраст города, то на понятии «новый» налет древности уже лежит так же немалый). Поэтому наиболее древние объекты как греческой, так и других эпох колонизации (римской, византийской, норманнской…), разумеется, находятся на Ортидже.

Но прежде чем рассказать об этих местах, поделюсь еще одним своим впечатлением. Это цвет города. Прибыл в Сиракузы я из вулканической Катании, завораживающей черными стенами своих домов, да и вообще всеми оттенками черного или скорее серого цвета. Именно завораживающей: глубиной цвета, своим уютом и размеренностью течения жизни, – и отнюдь не угнетающей. Но Сиракузы – это город со стенами цвета слоновой кости, с мягкими переходами оттенков от бледно-желтого до почти что золотого цвета. Особенно в расположенной неподалеку коммуне Ното. И причиной опять же является строительный материал: особые породы известняка, имеющие желтовато-золотистый цвет, который наилучшим образом проявляет себя, отражая солнечный свет.

Если Катанию после извержения Этны в 1669 году отстраивали, используя черный базальт (строительный материал магматического происхождения) как наиболее доступный, хотя и довольно трудоемкий в обработке, то практически полностью разрушенный землетрясением в 1693 году город Сиракузы отстраивали тем, что было доступно уже в этой местности – известняком, песчаником. В итоге получился безумно красивый город! Не влюбиться в который просто невозможно!

Добравшись до Ортиджи по мосту Умбертино – два острова соединены между собой тремя мостами (официальная граница между двумя частями города), мы прошлись по главной торговой улице города Матеоти к городской площади Архимеда (piazza Archimede), «увенчанной» изящным фонтаном работы Джулио Москетти с богиней охоты Артемидой в центре. Зная историю этого города, нисколько не удивляешься тому, что самая главная его площадь посвящена именно Архимеду – человеку-легенде. Безусловно, Сиракузы прославляли и многие другие деятели, но так, как это сделал древнегреческий механик-физик-геометр-астроном… Архимед – не удалось сделать никому другому. Не удивляет и «отправной пункт» маршрута – городская площадь. Дело в том, что места, подобные piazza Archimede являются не просто главными площадями городов – это сердце любого города, так как в большинстве случаев они рождались одновременно с самим городом. Улица Ланзолина привела к другому не менее интересному месту – Соборной площади, где расположен величественный Кафедральный собор Duomo. Знаю, что без посещения этого «объекта культурного наследия» не обходится ни одна экскурсия. Вот и мой гид шел, что называется, проторенными тропами, следуя программе, годами отработанной до автоматизма. Но учитывая, что все эти объекты были мне интересны, я принимал эту стандартность как норму. И просто наслаждался тем, что наблюдал…

Duomo – это невероятно красивое сооружение, расположенное на одноименной площади Piazza Duomo. К тому же представляет собой реальное и мощное Место Силы, поскольку выбрано в качестве культового места предположительно еще сикулами, которые первыми воздвигли здесь свой храм еще в VIII веке до н.э. (следы пребывания этого древнего народа, который, как считают, был одним из первых, кто поселился на острове, можно увидеть на улице Виа Минерва и на территории Дворца Архиепископа – остатки жилищ). Элементы самой первой постройки сохранились в виде нескольких колонн на левой стороне здания. В конце V века до н.э. (в 480 году до н.э.) греческие колонизаторы возвели здесь храм в дорическом стиле в честь богини Афины, которая, по их мнению, помогла в битве с карфагенянами («первородная» монолитная глыба, что служила архитравом (перекрытием над колонами) и сегодня находится на «службе» у храма, являясь «раритетной» частью алтаря). Что было потом? Собор достраивался, перестраивался со сменой декора разными «зодчими» в лице то византийцев, то норманнов… со сменой стилей, а соответственно, и внешнего вида в результате многочисленных реконструкций. В VII веке он стал христианской церковью византийского типа, посвященной рождеству Девы Марии. К VIII веку стиль фасада здания имел уже четко выраженные черты барокко…

Здесь же, на Piazza del Duomo, располагаются еще два других строения, не обратить внимание на которые, проходя мимо, просто невозможно. Разумеется, невозможно и не сказать о них. Хотя бы просто парой слов обмолвиться. Поскольку все эти величественные строения, построенные в разное время и для разных нужд, удивительным образом гармонируют друг с другом. Это дворец Беневентано-дель-Боско (Palazzo Beneventano del Bosco) XV-го века (в XVIII веке это здание было существенно перестроено до того внешнего облика, в котором предстает Palazzo Beneventano сегодня). И дворец Вермексио (Palazzo del Vermexio) VII-го века, так же находящийся в непосредственной близости от Кафедрального собора Duomo и который давно уже облюбовала местная мэрия и муниципалитет (автором этого шедевра является архитектор Джованни Вермексио).

Душа и ум мой ликовали. Вот она эта земля, которой касались ноги гения древности, где он жил, занимался наукой, работал, отстаивал свободу, борясь с римлянами… и где погиб от меча, вошедшего в его родной город захватчика. И спустя годы, наполненные желанием, я могу, наконец, так же стоять на той же земле и дышать тем же воздухом…

…Я вспомнил школу в Угледаре. Кабинет математики. Учительницу, что читала у нас этот предмет и всячески пыталась привить любовь к нему – Сергазиеву Людмилу Николаевну (с огромной благодарностью я говорил об этой удивительной женщине в своей книге «Откровения черного колдуна«). И себя – ученика 4-го класса, который с интересом рассматривал портреты «выдающихся математиков прошлого и современности», что висели на стенах кабинета. Вспомнил, как задерживал взгляд именно на портрете «Архимеда из Сиракуз», так как уж очень он отличался от всех других. Вспомнил и то, как всерьез заинтересовавшись жизнью этого человека, искал книги о нем и, читая, рисовал в своем воображении картины из жизни великого изобретателя, и в особенности то, как он помогал отражать атаки римлян на Сиракузы: метательные машины, изогнутые зеркала, горящие корабли, град из камней… Я верил всему, что писали в книгах об Архимеде и мечтал оказаться в городе, где он жил, представляя его таким, как на картинках в тех же книгах. Со временем, конечно, мечта эта «ушла в тень», уступив место другим. Но когда у меня появилась необходимость и возможность посетить Сицилию, то первое, что я сделал – вывел свою детскую мечту «на свет», сделав ее реальностью…

Я не раз говорил, что интерес мой к таким историческим личностям, как Архимед, Гиппократ, Авиценна, Коперник, Галилей, Леонардо да Винчи и многим-многим другим, зародившись еще в юности, с годами только креп. Потому что люди эти, родившись, на столетия опередили свое время. Да, их заслуги были замечены современниками. Да, некоторая часть их открытий и разработок была востребована и тогда. Но основной потенциал, которым обладали эти гении, к сожалению, так и остался невостребованным – не поняли его, а потому и не оценили. А некоторых лишили жизни (учитывать стоит и тех, кто в отчаянии помог уйти себе сам) только за то, что несвоевременным был их Дар и поэтому внушал суеверный ужас. Ведь что делает человек, видя перед собой паука или змею? Тот, кто владеет информацией о виде данного членистоногого или пресмыкающегося, а соответственно, и о его потенциальной опасности или же, наоборот, об отсутствии таковой, кому известно хотя бы что-то о том, кто находится перед ним – тот постарается воспользоваться предоставленной ему Случаем возможностью и изучить то, что он видит. И поблагодарить Небо за эту возможность. Но кто совершенно ничего не знает о созерцаемом объекте – он не понимает, как может «вот это» проявить себя по отношению к наблюдателю. А в таких случаях всегда проявляет себя инстинкт самосохранения в одной из своих форм, когда доведенный испытываемым ужасом до исступления человек=животное (знак равенства здесь поставлен сознательно), первым пытается нанести удар, уничтожив, таким образом, источник своего страха. Мнимый, скажу я вам, источник, ибо не во внешнем мире он находится, а внутри человека. Но это такое… Не об этом сейчас речь.

Хотя все-таки несколько отвлекусь. Давно это было, еще в детстве, в Угледаре. Бродили мы с друзьями по степям нашим донецким в поисках паучьих нор. А когда находили – осторожно опускали в аккуратное круглое отверстие в земле заранее приготовленный кусочек пластилина на нитке. Некоторые вместо пластилина использовали мягкую смолу, но пользоваться пластилином было все-таки проще. А потому и предпочтение отдавали именно этому «ловчему» материалу. Так вот, находили нору, осторожно опускали в нее пластилин и легонько дергали за нитку, чтобы рассердить сидящего там паука. Как только нитка делала резкий рывок – это означало, что хозяин норы попался. Таким нехитрым приспособлением ловили мы степных пауков – тарантулов. Улов собирали в банку и обязательно накрывали крышкой. Зачем? Говорили, что этих членистоногих принимали в городской аптеке, если не ошибаюсь, по 50 копеек за паука. Но лично я рассматривал это занятие как исследование. Мне было интересно рассмотреть тарантула, понаблюдать за ним, за тем, как ведут себя несколько пауков, оказавшись в запертой банке… Это так же был и отличный способ избавиться от страха.

Что касается лечебного свойства яда пауков из семейства пауков-волков, которых называют тарантулами, то, насколько мне известно, большую ценность в плане использования в медицине яда представляет собой чилийский тарантул. Его яд действует на центральную нервную систему, вызывая сбои в прохождении нервных импульсов к мышцам. И якобы один из компонентов этого яда может быть применим в профилактическом комплексе мер, направленных на предотвращение сердечных приступов… По крайней мере мне в моей медицинской практике сталкиваться с таким не приходилось. Но могу сказать, с каким препаратом как хирургу приходилось иметь дело, и который создан на основе принципа действия яда. Это миорелаксант «Ардуан» (Arduan). Применяют «Ардуан» при хирургических вмешательствах разного типа для релаксации мышц. Что это означает? Миорелаксанты – это лекарственные средства, действие которых выражается в снижении тонуса скелетной мускулатуры с уменьшением двигательной активности. Вплоть до полного обездвиживания тела человека. Применяют «Ардуан» при разных видах наркоза, но с обязательной эндотрахеальной интубацией – введением специальной трубки в гортань и трахею, чтобы обеспечить приток воздуха к легким больного. В противном случае человек умрет от удушья (асфиксии). Механизм действия состоит в блокаде нервных окончаний (Н-холинорецепторов), за счет чего прекращается подача нервного импульса к скелетным мышцам. Мышцы перестают сокращаться, постепенно снижается их тонус: расслабление идет в направлении от мимических мышц до кончиков пальцев ног. Человек не может самостоятельно дышать, так как расслабляются мышцы легких. Вот поэтому и предпринимается искусственный подвод воздуха к легким.

Принцип действия какого яда заложен в основу этого миорелаксанта? Яда кураре. Поэтому «Ардуан» называют еще курареподобным препаратом. В анестезиологической практике используют целый ряд подобных ему: «Павулон» (Pavulon), «Норкурон» (Norcuron), «Тракриум» (Tracrium), «Мелликтин» (Mellictin). Вопрос следующий: почему именно яд кураре?

Есть такое растение – стрихнос ядоносный (Strȳchnos toxifēra) или чилибуха, чилибуха обыкновенная, рвотный орех, произрастающее в Южной Америке. Симпатичное вьющееся растение с восхитительными и очень ароматными белыми трубчатыми цветами. Но эта красота и белоснежная невинность является сырьем для таких мощнейших природных ядов, как знаменитый кураре. Приготавливают его, главным образом, из коры этого растения. Основу составляют алкалоиды, называемые курарины. Растение само синтезирует эти вещества, накапливая их в коре и стволе. Это способ защиты от многочисленных насекомых. Популярность яд кураре получил благодаря индейцам Гвианы (северо-восточное побережье Южной Америки), которые использовали его для смазки наконечников стрел, применяемых преимущественно для охоты на крупных животных. Суть в том, что от стрелы такое животное может и не погибнуть – уйдет раненым. Но пораженное стрелой с кураре, упадет практически сразу, потеряв подвижность – то есть наступит состояние, внешне похожее на паралич. И погибнет от остановки дыхания: всего одно попадание стрелы в любую часть тела крупного животного смертельно для него. Но само мясо остается вполне пригодным в пищу (более того, оно почитается как деликатес), так как входящие в состав кураре алкалоиды не опасны при попадании в организм человека через желудочно-кишечный тракт. Довольно долго ученые не могли понять, как действует этот яд, так как не наблюдали никакого влияния яда кураре ни на нервные волокна, ни на мышцы тела: «Так ведь паралич?!». И только спустя время стало понятно, что яд блокирует прохождение электрических импульсов с нерва на мышцу: мозг раненого животного продолжает работать, посылая сигналы мышцам об опасности и необходимости спасаться бегством, но тело уже не повинуется этим сигналам, потому как они просто не доходят. Следующий этап, как я уже говорил, – паралич дыхательной мускулатуры, удушье и смерть…

А теперь после небольшого отступления продолжим нашу тему. Упоминая имена выдающихся гениев прошлого и в частности Архимеда, я сказал, что родившись, каждый из них на столетия опередил свое время. И этим объясним мой интерес. Уточню. Меня всегда интересовали такие люди потому, что помимо всех прославивших их достижений (как внешне проявленного результата), я видел и вижу другое – каждый из них обладал развитым сознанием, что является уже не столько даром, сколько итогом работы человека над самим собой (то бишь скрытым результатом). Более того, если внимательно вчитаться в то, о чем писали эти люди в своих трудах, о чем говорили, можно увидеть так же и раскрываемые ими методы работы над своим сознанием и своим развитием. А поскольку мои собственные методы, как в саморазвитии, так и в обучении этим навыкам своих учеников, во многом аналогичны, следовательно, мне видны и эти стороны учения каждого из них. То есть, я вижу работу человека, направленную на развитие сознания и умения действовать «не благодаря, а вопреки» – я вижу работу мага. Не удивляйтесь. Маг – это не тот, кто, облачившись в мантию и вооружившись магическим жезлом, машет им, бормоча заклинания. Маг – это человек, овладевший навыком управления событиями своей жизни, или, говоря иначе, это тот, кто является полноправным хозяином собственной жизни.

Но вернемся в Сиракузы…

…На территории Сицилии сохранились самые древние античные сооружения, подобных которым, к сожалению, нет даже на территории-прародительнице – Греции. И это при том, что пришли сюда греки именно с Балканского полуострова и прилегающих к нему островов – то есть они принесли на Тринакрию культуру, которая уже имела воплощения в виде храмов, жилых построек и других сооружений. Но, увы, время и люди оказались сильней камня.

Всего сохранившихся до нашего времени уникальных храмов, представляющих наследие древних греков, не так-то и много. Прежде всего, это Парфенон на Афинском Акрополе и храм Аполлона в Дельфах (Греция). Но и территория Сицилии, повторю, такими древнейшими святынями античности так же богата. Долина Храмов в Агридженто, представляющая собой обширный археологический парк, где расположены храмы VI – V вв. до н.э., считающиеся лучшими образцами построек в дорическом стиле за пределами Греции, – вот то бесценное архитектурное наследие и реальное богатство Сицилии. Этому месту, как я и говорил, статья будет посвящена отдельно. Ибо невозможно, увидев величие этих свидетелей прошлого, ограничиться сухим и коротким текстом-констатацией факта своего присутствия рядом с ними. Сейчас я скажу только об одном таком античном храме, который находится на острове Ортиджа – это храм Аполлона. Вернее, то, что от него осталось.

Руины храма Аполлона – одного из самых древнейших строений Сицилии, «затерявшегося» среди современных и не очень современных городских «многоэтажек» Старого Города на Ортидже. Вот оно – наслоение времен (веков). Или, скорее, смешение. Не уверен, что многие из тех жителей, что живут в непосредственной близости к этой древности, часто вспоминают об этих руинах и всем тем, что с ними связано. Я наблюдал за ними. Ежедневный вихрь забот, работа и прочее… – все как у всех, люди как люди. Туристы – те с большим вниманием и большими эмоциями бродят вокруг остатков стен и колон. Но им, как говорится, и Бог велел восхищаться и «печатлеть» свой лик на фоне «старины глубокой» с разного ракурса и во всевозможных позах. И лишь о единицах людей, промелькнувших в толпе (а такие сразу же бросаются в глаза), можно с уверенностью сказать: «Он знает, где находится и зачем сюда пришел». Судите сами.

Храм Аполлона построен был ориентировочно в VI –  V веке до н. э. (точную дату установить невозможно) – и с этого момента началась его нелегкая и непростая судьба. Потому как за все время своего существования он бесчисленное количество раз подвергался перестройке, частичному разрушению, а то и вообще практически уничтожению. И, тем не менее, по оставшимся элементам храма, руины которого обнаружили только в 1860 году (с 1938 по 1942 года он был полностью расчищен и исследован под руководством археолога Паоло Орси), удалось восстановить первоначальный и воистину величественный облик святыни. Важная деталь: на одной из боковых ступеней храма осталась надпись посвящения храма Аполлону и подпись того, кто его строил.

Непростые повороты судьбы храма Аполлона выражались так же и в том, что каждая эпоха в лице народа, владевшего этой территорией Сицилии в разное время, привносила свои собственные изменения в храм, меняя тем самым его лик, а соответственно, и предназначение: в период раннего христианства из него сделали церковь; арабы усмотрели в нем мечеть; норманны, соответственно, переоборудовали под романскую церковь… испанцы же вообще превратили его в казарму. Но такая же судьба была у многих культовых и других сооружений, устоявших во времена войн и попавших под влияние иной религии, иной культуры (одним из которых является уже упоминаемый здесь Кафедральный собор Duomo в центральной части Старого Города). Поэтому возвращаясь к одному из предыдущих абзацев статьи, повторю: тот, кто знает обо всем этом – знает так же и то, зачем он здесь и что он отсюда намерен для себя извлечь.

Что извлек я? Скажу так. Изучать что-либо можно, конечно, и «заочно», то есть по книгам, результатам чьих-то экспедиций, сидя в библиотеке или просматривая в записи видеоотчеты. И получить вполне сносный и достоверный результат. Но можно и отправиться в путешествие с целью провести работу на месте, с которым непосредственно связан предмет исследования. И так же получить результат. Но более глубокий. И, главное, свой собственный. Так как никогда не стоит забывать, что любой результат зависит как от цели, так и от применяемых в ее достижении методов. А также от способа восприятия конкретным человеком мира и способа обработки полученной информации. То есть, от его мышления и «лежащей» под ним почвы – того знания, которым этот человек располагает. Поэтому прежде чем приступить к любому исследованию, я всегда задавал себе вот такие вопросы:

– Уверен ли ты, что цель твоя ничем не отличается от цели другого? Допускаешь ли, что она может быть просто очень похожей, но не такой, как твоя? Уверен ли, что глядя на изучаемый объект, ты видишь то же, что и тот, на чьи труды ты опираешься? Задумывался ли над тем, что результат, полученный другим и тот, которого достигнешь ты могут разниться, но иметь равные шансы на право быть признанными?..

Ответом на эти вопросы всегда являлся поиск возможности для исследования чего бы то ни было без посредников, один-на-один – я и интересующий меня объект. «Много людей могут слушать, но немного людей фактически слышат» – слова эти принадлежат Архимеду. «Смотреть и видеть, слушать и слышать – не одно и то же» – это первое, что говорю своим ученикам я, давая понять, что данные понятия могут отличаться друг от друга, и порой очень сильно. Поэтому главное, что вижу я, посещая такие места, как древняя земля Сиракуз и прикасаясь к миру таких гениев, как Архимед, – я вижу, что знание, которым владели эти люди и благодаря которому появлялись храмы, дворцы, амфитеатры, одинаково удивляющие и своей мощью, и своим изяществом на протяжении десятков веков, все эти новейшие (в свое время, разумеется) корабли, технические приспособления, водопроводы и прочее – это то знание, что было передано людям для их развития пророками прошлого. Это то знание, которое удалось сохранить, дабы могли люди использовать его во благо как свое, так и других.