Узбекистан. Колыбель суфизма и ищущих сердец. Часть 2. Легенда (2013).

После ознакомления с жемчужиной Узбекистана – Божественной Бухарой, меня ждало новое открытие, которым стал Самарканд. Это второй по красоте и величию город в этой стране, покоривший мое сердце с первых же минут. Хотя, скажу искренне, очень сложно классифицировать каждое из увиденных мною мест по уровню произведенного впечатления, ибо каждое из них «цепляет» по-своему. Даже убогие дома маленького кишлака, затерявшегося среди бескрайних красно-рыжих выжженных солнцем холмов, восхищают не меньше, чем величественное строение мавзолея, приковывающее взор своими архитектурными формами и богатым убранством, – восхищают такие «невзрачные» места своим безмолвием и глубиной скрытой в нем мудрости. Ведь каждое место на земле – это особый мир, который нужно почувствовать и понять, чтобы иметь возможность оценить по достоинству. Но что будет служить критериями оценки? Как правило, то, что можешь взять у этого мира и чем впоследствии сможешь пользоваться.

Но прежде чем сказать: «Вторым городом, в котором я не просто планировал побывать – я мечтал об этом, – стал Самарканд…» – я должен уточнить следующий момент. Я многого не сказал о Бухаре. Но забывчивость здесь ни при чем. Всему свое время и место – вот основная причина моего «таинственного молчания». А время и место, напомню, это книга.

Итак, Самарканд – город легенд, где почти каждая улица, каждый камень в кладке хранит память о прошлом. Здесь без преувеличения каждый квартал имеет свою легенду, жители которого трепетно и почтительно хранят ее, передавая своим детям и внукам. Иногда легендами «обрастает» некое событие или место – и вот именно этими историями с вами готов будет поделиться любой самаркандец, приукрашая их на свой лад. Одну и ту же легенду вы сможете услыхать здесь во множестве различных вариаций, но единым останется отношение людей к истории своей страны – и это, повторю, почитание и глубочайшее уважение к историческому и культурному наследию своего народа. А наследие это, воистину, богато!

Что сделало Самарканд одним из величественнейших городов Средней Азии, и прежде всего, древней Азии? В первую очередь его расположение. Самарканд (ранние названия Афрасиаб и Мараканда) имел очень выгодное расположение на Великом шелковом пути – трансконтинентальном и очень «ветвистом» торговом пути, связывающем Европу и Азию. Ведь что такое «шелковый путь»? Это не только караваны верблюдов, навьюченные тюками шелка (кстати, самой популярной расчетной единицей – своего рода «международной валютой»). Это так же информационный путь, по которому распространялись культурные и духовные достижения разных народов, различные политические и религиозные идеи… – а информационное воздействие ценилось всегда и во все времена.

Самарканд, как и многие другие города, переживал не только периоды расцвета и величия, но и периоды упадка и забвения – периоды своей смерти. 1220 год – одна из таких печальных дат в истории этого древнего города, когда он практически полностью был разрушен монголами. И только во времена правления Тимура и Тимуридов к Самарканду вернулась его прежняя слава и величие, умноженное многократно – он стал столицей империи! Я не случайно упоминаю именно этот период возрождения города, ибо связан он с человеком, личность которого интересовала меня давно. Это Амир Тимур, появившийся на политической арене XIV века, будучи еще юношей, и прославившийся впоследствии как превосходный государственный деятель и полководец. Заинтересовал меня этот человек наличием мощнейшей внутренней силы и мудростью управления. А потому и посетить места, связанные с Великим Тимуром, являлось моей мечтой. Это и город Шахрисабз (раннее название Кеш), близ которого 8 апреля (по другим источникам 9-го апреля или 11 марта) 1336 года он родился (кишлак Ходжа-Ильгар, что в 12 км от Шахрисабза). Это и величественный Самарканд, обретший и статус столицы страны и одного из красивейших городов благодаря Тимуру. И, конечно же, это и место упокоения величайшего из Тимуридов – мавзолей Гур-Эмир или Могила Правителя.

Чем интересен для меня Амир Тимур? Отвечу следующим образом. Этот человек интересен для меня многогранностью, а точнее, сложностью восприятия его личности. Дело в том, что многие из его поступков невозможно оценить с определенной долей уверенности в правильности сделанных выводов, ибо всегда будет присутствовать то, что оценить ты не сможешь. Вот лишь два «образа», сформированные историками, которые исследовали информацию о Тимуре.

Образ первый: Тимур, идя к цели, оставлял позади себя залитые кровью земли, горы разлагающихся трупов и башни, сложенные из черепов… – но делал он это для укрепления и развития собственного государства, собственной империи, отбирая у других только самое лучшее, самое передовое, самое дорогое и ценное.

Образ второй. В своих действиях Тимур руководствовался законами Чингизхана, делая ставку на холодный расчет. Он полагался на эти законы больше, чем на религиозные предписания, что не могло не сказаться на уровне его жестокости, ставшей неподконтрольной ни законам Шариата, ни ему самому. А точнее, на проявлении «болезненного утонченного зверства», как результата пережитых этим человеком физических страданий на протяжении его жизни и в частности, от полученной травмы, сделавшей его инвалидом. И, кстати, такую же «болезненную ненормальность» приписывают и детям Тимура (кроме одного из них по имени Шакрух), и внукам.

Я лично не планирую примыкать ни к одному из этих мнений, равно как и к каким бы то ни было иным. Поскольку ракурс, с которого Амир Тимур виден именно мне, и как завоеватель, который топит к реках крови целые народы, и как патриот и успешный государственный деятель, сумевший поднять из руин доселе разрушенный Самарканд, превратив его в столицу могучей империи, – во многом отличен от той позиции, с которой изучают этого человека историки, пытаясь рассмотреть в нем то сумасшедшего деспота, то мудрого политика. Я смотрю на Тимура как на воина и вижу в нем именно воина. Но «воина» не в смысле бесстрашного бойца, скачущего верхом на коне и рубящего направо и налево мечом головы противника, не в смысле завоевателя чужих земель – значение этого слова для меня во многом иное. Но правильнее будет сказать, не ограниченное вышеперечисленными критериями. Воин – это человек, имеющий волю, благодаря которой он самостоятельно и осознанно принимает решения, действует в соответствии с ними, идя к намеченной цели. Это человек, который знает, чего хочет, знает, зачем это ему нужно и знает, как ему достичь желаемого и знает, что он отдаст взамен, что принесет в жертву, дабы обладать желаемым – он знает, куда идет и четко видит конечную цель своего пути. Таковым предстает предо мной Тимур. А судить о том, «правильно» или «неправильно» он поступал в том или ином случае, был ли он «жестоким безумцем, опьяненным собственным могуществом» или же грамотным политиком, который не только знал, как следует поступать в той или иной ситуации, но и владел особым чутьем, позволяющим ему во многом избежать ошибок; был ли он безграмотным человеком, не умевшим ни писать, ни читать, или превосходным знатоком истории, ценителем поэзии, астрономии, математики, медицины и архитектуры… – пускай этим правом судить пользуются историки, изучающие этот исторический период в жизни Узбекистана, и всевозможные знатоки того, «как надо делать правильно и по уму». Повторяю, что я оцениваю этого человека, используя совершенно иные критерии. Именно поэтому для меня так важна была встреча с местами, где жил Тимур – именно поэтому для меня важно было посещение его мавзолея. Я расскажу здесь об этом, так как считаю это одним из знаковых событий в моей жизни. По ряду признаков… Но об этом чуть позже.

…А пока древний Самарканд, где даже раскаленный и обжигающий лицо воздух пропитан прошлым…

Мой интерес к Самарканду, безусловно, не ограничивался только лишь изучением того, что связано с Тимуром. Ибо эпоху Тимура прославили и другие яркие личности, помогавшие в свое время продвигаться ему от атамана небольшой шайки разбойников «с большой дороги», занимавшихся грабежом, до правителя города Шибирган, а впоследствии и правителя Самарканда – помогавшие создать Тимуру огромное государство – великую империю, включающую Мавераннарх, Хорезм, Хорасан, Закавказье, Персию и Пенджаб. Кто эти люди? Это и эмир Казаган (правитель Мавераннахра)… Это и надежный друг и сподвижник Тимура Хусайн, прошедший с ним плеч-о-плеч в самые трудные годы скитаний, а впоследствии ставший самым опасным противником, с которым Тимур вел ожесточенные схватки за право единоличной власти над Самаркандом… Это и одна из жен Биби-ханум (Сарай-Мульк-ханум) – вдова убитого им в ходе победы за престол Хусайна… Это и пятый Пир Мухаммад Баба ас-Саммаси (Самосий), предсказавший появление последнего из Святых Пиров, которым оказался Бахауддин Нахшбанди (Самосий указал на его избранность, сказав: «Это и есть тот большой Ориф, на которого я намекал. Этот мальчик вырастет большим шейхом, за ним пойдет народ»)…Это и шестой Пир Сайид Амир Кулал аль-Бухори…

Естественно, я воспользовался представившейся мне в Узбекистане возможностью соприкоснуться с его прошлым, посетив места, связанные с некоторыми из этих людей. Большей частью, конечно же, это мавзолеи, а так же города и небольшие населенные пункты – селения (кишлаки), и историческая память которых хранит информацию о жизни интересующих меня личностей…

Привлекла мое внимание мечеть Биби-ханум (Биби-ханым) – старшей принцессы или старшей жены – самой красивой и самой любимой жены Тимура. Помните, я говорило том, что каждое строение Самарканда имеет свою легенду? И при том не одну. Народная память хранит множество таких легенд, каждая из которых красива или же трагична по-своему. Правдивы ли они? В чем-то – да, а в чем-то – это чистый вымысел, красивая сказка. И, тем не менее, каждая из этих легенд ценна, ибо это историческая память народа, который не просто проживает на данной территории, а является единым целым с государством, с его историей и культурой. Вот и мечеть Биби-ханум богата на свои собственные легенды. Согласно одной из них, данный архитектурный ансамбль был построен по приказу самого Амира Тимура после его возвращения из победоносного похода в Индию в честь матери Биби-ханум, процесс строительства которого он лично контролировал. По другой, более романтической легенде, мечеть была воздвигнута по распоряжению самой прекрасной из жен эмира Биби-ханум в знак победы ее супруга, и которая очень хотела успеть со строительством к возвращению Тимура из индийского похода. Но как бы там ни было в действительности (а исследователи склоняются к первому варианту развития событий, как наиболее вероятному), эта мечеть не может не вызывать интереса и восхищения. И не только потому, что является она самой большой в Средней Азии и одной из крупнейших в мусульманском мире. Не только потому, что вызывает восхищение красотой и величием своих форм (один входной портал чего стоит!) и потрясающей отделкой. Энергетика этого места, друзья мои! Вот основная причина интереса к этому месту. Вот оно Место Силы! Мест, подобных этой мечети, конечно, много. Узбекистан, кстати, особо богат на такие энергетические «батареи». Во всяком случае, для меня, поскольку не каждое такое место человек может назвать «своим» какой бы мощной энергетикой оно не обладало.

Что же касается мавзолея Биби-ханум, в котором якобы покоится тело самой Сарай-Мульк-ханум, то исследователи не уверены в том, что данный факт соответствует действительности, так как точных свидетельств о погребении там самой любимой жены Тимура нет. Предполагают, что изначально этот мавзолей служил усыпальницей для женщин династии тимуридов, а так же и то, что здесь действительно первой была похоронена мать Биби-ханум, в честь которой по одной из легенд и строилась эта мечеть. Но я уверен, что тело Сарай-Мульк-ханум находится именно здесь. Хотя в данном случае эта моя уверенность не является точным знанием. Потому что я не ставил перед собой цель выяснить этот факт. У меня была иная цель – «встретиться» с Амиром Тимуром, посетив его мавзолей Гур-Эмир. Следовательно, я не мог распыляться, пытаясь узнать все и обо всех.

Коротко скажу о самом мавзолее Гур-Эмир. Первоначально он предназначался лишь для внука Тимура, который умер молодым во время военного похода – Мухаммеда Султана, которого сам Тимур считал своим преемником (Мухаммед Султан замещал своего дедушку во время его отсутствия в Самарканде). Поэтому Тимур очень болезненно перенес смерть близкого ему человека и распорядился возвести в его честь данный мавзолей. Спустя время здесь был похоронен и сам Амир Тимур, и его сыновья – Шахрух Мирза и Мираншах, внуки Мухаммед Султан и Улугбек, правнуки (двое малолетних детей Улугбека). Надгробие Улугбека находится в ногах у Тимура. Но самое большое надгробие в этом мавзолее принадлежит не Тимуру, а его духовному наставнику – суфию Мир Сайиду Бараку. Тимур настолько уважал и чтил этого человека за его мудрость, что хотел быть похороненным в ногах Барака.

Особенность мавзолея Гур-Эмир в том, что захоронения в нем имеют два яруса. Первым ярусом является большой купольный зал, в котором и находятся надгробные плиты, имитирующие реальное расположение могил – именно в этот зал открыт доступ всем желающим. Но это не сами могилы. Настоящие погребения находятся в сводчатом склепе, расположенном под полом, и в том же порядке, что и декоративные намогильники в верхнем зале. Вот это меня и смутило, когда я первый раз пришел в Гур-Эмир… Это был для меня особый день. И, как я уже говорил, знаковый.

…Я долго готовился к визиту в мавзолей Тимура. Не стану углубляться в детали этой подготовки, в ее цель и сложность, скажу лишь, что суть всех этих действий состояла в том, чтобы настроиться на контакт с душой человека, к могиле которого я шел столько лет… Я называю его Тимуром, как принято у него на родине. Хотя чаще всего называют этого человека Тамерланом. Напомню, что употребление имени Тамерлан является нежелательным, ибо является это унизительным прозвищем: «Тимур Ленга» – Хромой Тимур, так как в одном из сражений он был ранен стрелой в правую руку и правую ногу, став «хромым» и «сухоруким».

…Наступил вечер – обычный вечер обычного дня, заполненного многочасовыми поездками по пыльным дорогам Узбекистана от одного интересовавшего меня места к другому, встречами и беседами с разными людьми и массой ярких и насыщенных впечатлений, смешанных с дикой усталостью, связанной в первую очередь с непередаваемой жарой. Посещение мавзолея Гур-Эмир было запланировано у меня на утро следующего дня. Все задачи, что были поставлены на день текущий – выполнены, огромнейшая кипа бумаг с ценнейшей для меня информацией (делал заметки сам по ходу путешествий, привозила различные распечатки и наброски Лариса) – у меня на руках. Поэтому планировал уделить время своим «трофеям», углубиться, разобраться, вникнуть… но не смог справиться с внезапно возникшим сильным желанием выйти на улицу. Отложив все бумаги в сторону, я собрался и вышел из гостиницы…

Точной цели моей вечерней прогулки я не знал. Я просто вышел, повинуясь странному желанию, нарушившему мои четкие планы. А поскольку гостиница находилась недалеко от мавзолея Тимура – буквально в двухстах метрах от него, то, сам того не осознавая, я направился к мавзолею. Вечернее время, но людей, тем не менее, очень много и возле Гур-Эмира, и в самом помещении – просто толпы! Побродив немного по прилегающей площади, я все же решил войти в усыпальницу, в которой находятся надгробия династии Тимуридов. Конечно же, я с интересом рассматривал все, что меня окружает, стараясь не упустить ни малейшей детали. И вот одну из таких деталей я не только не упустил, а наоборот сконцентрировался на ее анализе. Деталь эта – ощущение пустоты. Почему? В чем причина? – Здесь нет того, к кому я намеревался прийти. Здесь нет Амира Тимура! И это основная причина ощущения пустоты. Я был в растерянности: как такое может быть?! Ведь я планировал провести определенную работу на могиле этого человека (медитации, вызов, работа с энергиями этого места и так далее), но о какой работе может идти речь, если я не просто чувствую – я уже точно знаю, что место захоронения Тимура пусто. А то надгробие, что я вижу перед собой – это всего лишь имитация. Выйдя из мавзолея, я остановился в раздумье…

Площадь у мавзолея уже почти опустела. И тут ко мне подходит человек, который с ходу начинает задавать вопросы о моих интересах, предпочтениях и предлагать мне услуги «профессионального гида с многолетним стажем работы» в своем лице, который может «устроить мне просто фантастические и незабываемые экскурсии». Имея опыт общения с подобными дельцами, я естественно отреагировал таким образом, чтобы дать понять этому человеку, что совершенно не нуждаюсь в его услугах. Но тот не унимался, пытаясь «допросить» свою «жертву», что же она все-таки «желает видеть», раз уж слоняется здесь. «Могилу Тимура» – ответил я, не оборачиваясь, и ускорил шаг. Но слова, прозвучавшие за моей спиной, заставили меня остановиться: «Так там, где вы сейчас были, нет Тимура». «Но если не здесь, то где?» – спросил я. «Могила Тимура, да и все остальные, находится внизу, под этим залом. А здесь стоят лишь точные копии надгробий для туристов» – последовал ответ. Я взял у этого активного и настырного гида номер телефона, и мы договорились встретиться на следующее утро.

Утро. Звонок гиду. Договариваемся о месте и времени встречи и вот я уже готов к предлагаемой им «захватывающей экскурсии». Но тут же ставлю ему условие: «Мне нужно пройти непосредственно к самой могиле Тимура, и при том одному». Гид в шоке: «Это невозможно, так как туда никого не пускают. Доступ к этому месту имеют только некоторые люди – члены правительства, депутаты, высшее руководство и прочая элита. Я могу организовать вам любые экскурсии по Узбекистану, но только ни посещение могилы Тимура». Но, как говорится, он сам «нарвался» на предложение мне своей «экскурсии», а потому я резко ответил ему, что для меня это не имеет никакого значения. Как не имеет значения и то, каким образом и с кем он решит вопрос о доступе к нужному мне захоронению. Этот «дядя-экскурсовод» оказался серьезным человеком. После некоторых раздумий, он ответил, что попробует поговорить с директором мавзолея, охарактеризовав того, как высокопрофессионального и серьезного специалиста, но как бы «не от мира сего» – то ли ясновидящий, то ли прорицатель. Это единственный шанс решить вопрос с посещением могилы Тимура, но и тот в процентном соотношении 1 к 99-ти в пользу того, что ничего из этой затеи не выйдет. Я согласился (веря в 1 % из прогнозируемого гидом шанса).

И вот «по согласованию сторон» я иду на встречу с директором мавзолея, который согласился поговорить с «туристом», желающим «прорваться» к «святая святых»: «Пусть придет этот пацан. Посмотрим, чем я смогу быть ему полезен». Войдя в кабинет к директору вместе со своим «новым гидом», я остановился у порога, произнеся стандартные слова приветствия. Тот, не говоря ни слова, какое-то время внимательно изучал меня. А потом, переведя взгляд на моего «протеже», слегка кивнул головой и сказал: «Пусть идет. Можно». Далее мы договорились, что я приду к 5-ти часам вечера, и меня проведут к помещению, в котором и находится могила Тимура.

Ближе к назначенному времени я начал собираться. От отеля до мавзолея, как я уже говорил, расстояние незначительное и ходьбы там пару минут – не больше. Я неспешно собираюсь, настраиваясь на предстоящую работу с могилой Тимура… И тут происходит непредвиденное: уже практически перед самым выходом я, решив что-то взять в ванной комнате или помыть руки – точно не помню, и направившись туда, с размаху ударяю большим пальцем правой ноги об порог… рана и сильное кровотечение. На часах 16:55 – и у меня совершенно нет времени на остановку кровотечения. Поэтому я просто надел на травмированную ногу два носка и побежал на встречу…

…Передо мной открывают двери подземелья, где находится могила Тимура, и я делаю шаг вперед… «Вы что, молодой человек!» – слышу я возмущенный возглас человека, обслуживающего это помещение, – «Сюда нельзя входить в обуви!» Я разулся и ступил на ковер (пол там выстлан коврами)…и увидел, что белый носок в области раны пропитался кровью. Но останавливаться я уже не мог – за мной закрылась дверь. И я сделал следующий шаг… Я шел к могиле Тимура и видел, как на ковер капала кровь, просачиваясь сквозь носок… И понимал, что так и должно быть…– я шел, оставляя кровавый след на ковровой дорожке… Я шел к могиле человека, след которого в истории так же помечен кровью…

Выйдя из мавзолея, я искренне поблагодарил своего «случайного» гида, «случайно» оказавшегося в тот момент рядом, когда мне почему-то «случайно захотелось прогуляться». Я знал происхождение этих «случайностей» и «совпадений», а после «встречи» (это наиболее подходящее слово, характеризующее итог проведенной мною работы в мавзолее) с самым непостижимым человеком, оставившим наравне с кровавым следом след бурного развития и процветания, я ничуть не сомневался в том, что меня «вели» на эту «встречу».

Помимо мавзолея Гур-Эмир посетил я, конечно же, и город Шахрисабз, вблизи которого в маленьком кишлаке Ходжа-Ильгар родился Великий Эмир Самарканда. Поскольку каждое из этих мест не просто имеет разную энергетику – каждое из них хранит свою собственную информацию.

Как вы помните, я говорил, что в своих исследованиях я не ограничивался только лишь изучением того, что связано с Тимуром. А так же, надеюсь, не забыли, что Узбекистан для меня – и Самарканд в частности, является миром многих выдающихся людей и не только эпохи Амира Тимура Тамерлана. Но сейчас я хочу сказать как раз-таки о человеке, имеющем самое прямое отношение и к Тимуру и к его эпохе. Это его внук Улугбек (Мухаммад ибн Шахрух ибн Темур Мирза Улугбек Гураган). Умолчать об этом человеке невозможно, ибо наследие его стоит памяти сотен поколений: этот потомок Тимуридов, обладавший незаурядным талантом, стал великим астрономом и математиком своего времени.

После смерти Тимура Шакрух отвоевал у наследников значительную часть империи (Мавераннахр со столицей в Самарканде). И вскоре указом своего отца Шахруха Улугбек стал правителем Самарканда в возрасте примерно 15-ти лет. Проявляя склонность к точным наукам (источником знаний для него была богатейшая библиотека, собранная его отцом), этот юноша, став правителем, прежде всего, сделал ставку на развитии науки и культуры в государстве вопреки завоевательским традициям Тимуридов. Правление Улугбека ознаменовано рождением целого ряда медресе (учебных заведений или высших школ) в Бухаре, Самарканде и Гиждуване. Он призывал к получению образования – к «просвещению своего ума» каждого жителя государства: и мужчин и женщин. В самаркандском медресе, например, ему удалось привлечь к преподаванию видных ученых того времени под руководством астронома и математика Гийаса ад-Дин Джамшида ал-Каши.

Есть еще один проект, который стал делом жизни Улугбека – это обсерватория. Она нужна была для составления  новых планетных таблиц. Улугбеку удалось собрать в Самарканде крупнейших астрономов, которые выбрали место для обсерватории и наметили программу ее работ, и построить само здание. «Новые Гурганские таблицы» – вот главный итог труда талантливых людей того времени, что представляет собой результат тридцатилетнего цикла наблюдений и точных математических расчетов… И таких достижений Улугбека можно назвать бесчисленное множество, поскольку научная и просветительская деятельность стали для него первоочередными задачами, которые он решал и как правитель, и как ученый, и как истинный патриот своей земли. Чем и заслужил недовольство со стороны представителей духовенства и прочих консервативных сил, не заинтересованных в формировании высококультурного и высокообразованного населения, а соответственно, и государства в целом. Итогом такого недовольства стал умело спланированный заговор: Улугбек был предательски убит, а обсерваторию разрушили.

Поскольку я с трепетом отношусь и к людям, подобным Улугбеку, и к их достижениям, совершенным исключительно ради развития и процветания своей страны и своего народа, то приехать в Узбекистан и не увидеть своими глазами места, где жил внук Тимура я не мог. Ведь человек этот не менее велик, если уж сравнивать заслуги деда и внука – Тимура и Улугбека. Просто у каждого из них была своя сфера, свое направление, следуя которым, они смогли максимально раскрыть свой потенциал. Поэтому посещение медресе Улугбека – единственного оставшегося напоминания об этом потомке Тимуридов как великом ученом (обсерватория пережила своего создателя лишь на некоторое время, ибо попала под «праведный» гнев организаторов его убийства), было одним из первоочередных пунктов моего плана.

Находится медресе на площади Регистан, входя в общий архитектурный ансамбль. А это, поверьте, так же особое место в городе – это сердце Самарканда! Она возникла задолго до монгольского вторжения и являлась центром ремесел и торговли. А во времена правления Улугбека эта площадь превратилась из базарной, торговой, ремесленной в парадно-официальную, чему способствуют масштабные строительные работы: было построено здание медресе (о котором, собственно и идет речь), ханака – прибежище для странствующих дервишей, и караван-сарай – пристанище для караванов. Сделав Регистан ансамблем, Улугбек превратил его в экономический, политический и культурный центр Самарканда. Таковым он остается и в наше время.

Но здесь мне хотелось бы сказать вот о чем. Регистан действительно был и есть центром Самарканда – центром как административной единицы, и центром города, как живого организма, являясь аналогом его сердца, отражающего ритм, в котором живет этот город-организм. – Прогуливаясь по площади, рассматривая великолепные строения, окружающие ее по периметру, я  чувствовал этот ритм. Но в то же время, испытывал я и совершенно иные чувства: некоторые несоответствия ритма этого места тому ритму, что присущ другим местам того же Самарканда или Бухары, да и некоторым другим местам Узбекистана, где мне довелось побывать. О чем это я? О том ритме жизни, в котором тысячи людей вынуждены искать средства к существованию, путешествуя по миру в поисках работы и заработка. О том ритме жизни, в котором предпочтение отдается зарабатыванию денег, чтоб выжить, но не накоплению знаний и самосовершенствованию. О том ритме жизни, который отражает постоянную суету и беспокойство о завтрашнем дне, но не стремление к самопознанию… А вот Регистан, равно как и многие другие исторические места Узбекистана, является генератором именно того ритма, который способен вывести человека из цикла вечного и по большому счету бесцельного бега по замкнутому кругу своего существования. Эти места являются генераторами той сакральной мудрости, что зарождалась и накапливалась здесь веками, носителями которой были суфии.

…Подобные размышления не покидали меня все время, что посвятил я изучению исторических памятников на территории Регистана. Но особенно сильным ощущение «разности миров» стало во время посещения медресе Улугбека. Вот где витает дух Самосовершенствования! Вот где живет Истинное Знание! Что испытываешь, находясь в таком месте? Данные ощущения вполне можно сравнить с восхищением человека, жаждущего знаний и впервые попавшего в библиотеку – и это ощущение восторга от созерцания сотен книг на стеллажах. А потому свои собственные впечатления от медресе Улугбека я лично сравнил бы с восторгом от посещения громаднейшей библиотеки, в которой десятки тысяч книг и ты можешь взять любую из них – пожалуйста, вот она, бери и пользуйся этим знанием. Я сравнил бы это с восторгом от осознания того, что мне позволили не только прикоснуться к этому Храму Знания, но так же позволили и взять то, что мне нужно, и то, что я смогу унести, донести и использовать по назначению.

Должен сказать, что медресе Улугбека не единственный «храм науки», который я посетил и в Бухаре, и в Самарканде – таких заведений много, поскольку к образованию здесь относились достаточно серьезно. Какие из школ я бы выделил для себя? Да каждая из медресе была мне интересна. За тем лишь отличием, что интерес к одним остался просто интересом к историческому месту, памятнику культуры, красивому зданию и так далее, а вот другие, наоборот, притягивали к себе именно своим внутренним наполнением. Например, медресе Надира Диван-Беги в Бухаре, которая вначале притягивает взор великолепием оформления центральной арки (изображения сказочных птиц, ланей (или оленей), человека-солнца и удивительного переплетения цветочного орнамента), а при ближайшем знакомстве открывается уже богатством и великолепием царящей там атмосферы. Хотя, пожалуй, выделил бы я из общего числа этих древних школ медресе Чор-Минор – здесь отличной от стандартов является не только сама постройка, но и энергетика этого места. В чем же заключается внешняя нестандартность Чор-Минор? Название медресе переводится как «Четыре Минарета» – и вот тут кроется основное отличие от традиционной архитектурной схемы: к основному зданию пристроены четыре минарета с голубыми куполами. «Ну и что тут такого особого?» – возможно, скажете вы, рассматривая фотографии данного медресе.

А вот тут вновь стоит вспомнить легенду… Ведь утверждение о том, что здесь «легенды витают над зигзагами уличных лент, и каждый камень хранит память о прошлом» – не является выдумкой. Места эти воистину богаты легендами.

А в отношении Чор-Минор его собственная легенда гласит, что каждый из минаретов олицетворяет собой одну из четырех мировых религий и выражено это в орнаменте самих минаретов, декор которых, действительно, не повторяется: в одном, к примеру, имеются изображения креста, в другом символика в виде рыбы – характерного для христиан знака, или молитвенного колеса буддистов… Таким образом создатели якобы зашифровали знание, заключающееся в осмыслении существующей взаимосвязи между этими религиями. Легенда легендой, друзья мои, а истина в этой «сказке», безусловно, есть. Поскольку любая из религий является отражением того, что называют истиной или единым, истинным знанием – и это является фундаментом каждого из религиозных направлений. Отличие заключается лишь в способе выражения и преподнесения этого знания, а так же в степени его искажения.

Пожалуй, достаточно. Ибо книга может получиться уже сейчас! Как вы понимаете, друзья мои, это, конечно же, шутка. Но в каждой шутке всегда присутствует большая доля правды. Поэтому чтобы не загружать вас пересказом своих долгих путешествий дорогами древнего азиатского государства Узбекистан, я не стану здесь расписывать все, что имеет отношение к этим путешествиям. Но об одном интересном моменте я все же расскажу: о волшебном источнике в пустыне Кызылкум, обладающем удивительной целительной силой. Здесь лечат псориаз.

Рассказала мне о существовании такого целебного источника Лариса – мой, напомню, бессменный гид и верный помощник. Естественно, я как врач, заинтересовался этим «чудом пустыни». Ведь что такое псориаз? Это, прежде всего, личная трагедия человека, определяющая ход всей его жизни, потому что заболевание это практически неизлечимо. А тут я узнаю, что псориаз лечат просто водой и солнцем!

Что касается воздействия солнечного света на пораженные участки кожи человека, то, согласен, некоторый эффект может быть (но все опять же зависит от формы заболевания и его тяжести), так как официальная медицина применяет так называемую ультрафиолетовую терапию – лечение заключается в процедурах кратковременного воздействия на кожу ультрафиолетовым излучением. Но вот в сочетании с водой?

И мы с Ларисой отправились в очередную поездку… но теперь уже в пустыню Кызылкум.

Пока мы добирались до нужного нам места в пустыне – небольшого оазиса с колодцем, вода в котором способна творить чудеса (а это часа три пути на машине), я вспоминал свое путешествие по пустыне в Арабских Эмиратах. Похожие барханы, похожий окружающий пейзаж – все то же самое. Но вот температура воздуха, а соответственно и песка под ногами, показалась мне совершенно другой: стопы моих ног просто плавились от соприкосновения с раскаленным песком! И это при том, что подошва моей обуви была достаточно толстой. Честно признаюсь, дошел я с трудом.

И вот нашему взору предстал долгожданный оазис. Что я увидел? Обычный колодец, каких я встречал много. И много людей разного возраста, хотя преимущественно это женщины, много детей… И все они просто сидят невдалеке от колодца… Подходят, достают воду, пьют ее, умывают лицо и тело… и вновь садятся на простеленные на песке коврики… Кожа у некоторых из этих людей действительно имеет очаги поражения псориазом – у кого-то больше, у кого-то меньше. Я наблюдал за «пациентами пустыни» и слушал рассказ Ларисы…

С ее слов, приезжают сюда больные с разных уголков страны и в прямом смысле «поселяются» тут прямо под солнцем посреди песков. И жить здесь они могут до нескольких месяцев – то есть до тех пор, пока не избавятся от заболевания. Не могу сказать, что мои наблюдения меня убедили в стопроцентной эффективности данных процедур, но и не вызвали абсолютного недоверия к тому, что я увидал. И естественно, этот способ излечения псориаза меня заинтересовал. А точнее, у меня возникли следующие вопросы. Первый: действительно ли данный способ лечения эффективен? И вопрос второй: можно ли создать подобные условия с учетом всех факторов, участвующих в исцелении, искусственно? Если, конечно же, ответ на первый вопрос будет утвердительным. И я обязан найти эти ответы…

Итак, вот и подошло к концу наше с вами путешествие по мистическим тропам Узбекистана – страны, вклад которой в мировую эзотерику, а также культуру и историю в целом, трудно переоценить. Очень и очень многое, что мне хотелось бы поведать о данной моей экспедиции, пришлось оставить за рамками рассмотрения, ибо в противном случае статья могла бы стать трудной для восприятия, да и, повторяю, слишком объемной. Однако, конец данной статьи – это вступление к тому фундаментальному труду, о котором я говорил ранее – книге, умещающей в себя все положения Учения Ингвара, с аргументацией каждого утверждения.

Напомню, что в этой статье я планировал в явной форме изложить основы своего Учения. Так вот одним из первых положений данного Учения является следующее утверждение: ничто и никогда не принимать на веру. И от этого и следует отталкиваться. Но, оттолкнувшись, к чему стремиться? К чему идти? К какой цели? К овладению умением управлять событиями собственной жизни. – А это и есть та основа, что служит фундаментом Учения Ингвара.

Таким образом, друзья мои, я отвечаю на вопрос «К чему идти?» Но есть же еще и вопрос «Как это сделать?» Где искать на него ответ? В книге. О какой книге я говорю? – «Религия Разума и Системы«. Хотя правильнее было бы сказать не книга, а книги, объединенные единым названием «Религия Разума и Системы». И «Глубины непознанного суфизма» – книга, о которой шла речь в данной статье, является одним из звеньев этого цикла, что в свою очередь так же имеет две составляющие. То есть состоит из двух частей. Теоретической части – собственно основы учения суфиев и его характеристики, что и выражено в названии самой книги: «Глубины непознанного суфизма«. И практической части – то бишь четкого описания целей и способов применения полученного знания: «Сакральная анатомия человека«.

В «Религии Разума и Системы» простым и доступным языком будут изложены все те принципы всестороннего развития личности, на постижение которых у меня ушло 25 лет ежедневного, кропотливого, и временами непосильного труда. Этот труд мною вынашивался, подобно ребенку, еще со времени обучения мединституте, и только сейчас Силой мне было позволено передать это учение людям в открытой форме. Несмотря на максимально доступный стиль изложения, некоторые моменты в ней все же могут быть непонятны читателю с первого раза, но это не должно останавливать, ибо ваше подсознание само отлично разберется, что делать с новой, непривычной для неповоротливого сознания, информацией.

А на сегодня у меня все. До новых встреч на пути развития Сознания и обретения своего собственно, подлинного Я!

Маг Ингвар (Бомбушкар И.С.)

Ссылки на статьи:

Официальное обращение Бомбушкара И.С. к Президенту Республики Узбекистан Каримову И.А.

Учение мага Ингвара

Откровения черного колдуна

Основы основ чёрной магии

Раздел сайта «В поисках утраченного знания«