Сицилия. Продолжение (2015).

III.    Ключ к пониманию Сицилии нужно искать в ее истории

«…Сицилия – земля противоречий, и ключ к ним нужно искать в ее истории» – эта фраза взята мною все у того же Мэтью Форта. Чем привлекли меня эти слова? Здесь указано место, где лежат ключи от множества дверей, за которыми скрывается такое же множество тайн и открытий. Это пройденный путь, прожитый этап жизни – то есть история. Но я все-таки несколько перефразирую выбранную мною цитату: ключ к пониманию Сицилии следует искать в ее истории. Вот на эту формулировку и буду опираться.

Колонизация (значение латинского слова «коло» – «живу, населяю, обрабатываю») как способ захвата и освоения новых земель являлась характерной чертой истории многих государств древнего мира. И XIII – XII века до н.э. вошли в историю Сицилии как начало колонизации отдельных территорий этого острова приходящими с других островов и материков искателями «лучшей доли». Это и «народы моря», и те, кто ставил себя на несколько порядков выше, пренебрежительно называя первых «варварами». Первым таким народом-колонизатором стали финикийцы, пришедшие с восточного побережья Средиземноморья (Финикия – древнее государство и центр мощнейшей цивилизации, рассвет которой как раз и пришелся на XIII – IX века до н.э.). Это период серьезных перемен в геополитике существовавших в то время государств: приходят в упадок великие державы, появляются предпосылки для зарождения новых, что вызывает активную миграцию людей. А соответственно, и образование колоний-опорных пунктов, колоний-городов, колоний-государств. Финикийцы поначалу создавали как раз-таки опорные пункты или, как их еще называли, торговые фактории, поскольку интерес в освоении новых территорий у этого народа был преимущественно торговый: важнейшей целью было приобретение драгоценных металлов. Это был, так называемый, первый этап финикийской колонизации, результатом которого становились простые опорные пункты для ведения торговли или обеспечения ее безопасности, фактории без постоянного населения, якорные стоянки и тому подобное. Но предшественниками городов нередко становились и храмы, потому как во все времена люди нуждались в защите и покровительстве. И торговцы тех времен так же испытывали острую в том нужду. А поскольку такой защиты, как международное право не существовало, оставалось уповать на покровительство высших сил – богов.

Второй этап, последовавший за первым спустя два столетия, (IX – VII вв. до н.э.) проходил с уже гораздо большим размахом, так как приоритетность в интересах финикийцев сместилась в сторону получения новых земель для решения проблем с перенаселением. Так стали появляться колонии-города – то есть настоящие города с постоянным населением. В том числе и на Сицилии. Например, созданные на западном побережье острова финикийские города Мотия, Солунт и Панорм (нынешняя столица Сицилии Палермо) и ряд поселений на юго-востоке. Названные города были основаны уже карфагенянами – выходцами из финикийского Карфагена, города в Северной Африке. С приходом на Сицилию греческих колонизаторов финикийцы вынуждены были оставить восточное и южное побережье Сицилии, укрепившись в названных городах. А примерно в VII веке до н.э. Мотия, Солунт и Панорм объединились в сицилийское государство финикийцев, просуществовавшее примерно столетие.

Во времена второй волны колонизации Сицилии, Сардинии и расширения финикийцами территорий севера африканского континента мощные города-колонии появляются и на побережье Северной Африки. Утика и Гадес как раз и являются одними из первых таких городов-колоний. Почему я говорю здесь и об этих поселениях? Утика или «Старый город» стал предшественником иного города – Карфагена (Картхадашт или «Новый город»). По преданию Карфаген был основан женщиной – мятежной сестрой правителя Тиса, которая, возглавив группу проигравшей в политической борьбе аристократии, вынуждена была тайно покинуть родную Финикию. Первоначально это были небольшие поселения. Но уже к V веку до н.э. они превратились в одну большую морскую державу, которую назвали Карфаген, и которая имела совершенную независимость от Тира, сохраняя при этом на протяжении всего своего существования с метрополией связи духовные. В III веке до н.э. Карфаген стал мощным противником Риму. Более того, уже сам мог выступать в роли колонизатора: карфагеняне были одними из тех, кто пришел на Сицилию с целью основания уже своих колоний.

Напомню, что я уже рассказывал о своем путешествии в Тунис, состоявшемся в мае 2014 года, с целью посетить руины Карфагена (находится этот древний город недалеко от Туниса – современной столицы одноименного государства). Именно поэтому, рассказывая о Сицилии, я делаю здесь акцент и на Карфагене. Италия, Тунис, Греция, Сицилия… Как видите, друзья, все эти маршруты взаимосвязаны. Именно «связаны» – единой историей, единой целью моего поиска…

Но пока вернемся к истории Сицилии, продолжив тему колониальной экспансии этого острова. Потому как в VIII веке до н.э. (735 г. до н.э.) финикийцев на острове сменили греки – это был период между первым и вторым этапами финикийской колонизации. Расцвет колонизационной деятельности греков относится к VIII—VI векам до н.э. Но хотя греки и позже тех же финикийцев вышли на «тропу захвата» территорий, это нисколько не помешало успеху данного предприятия. А потому и время это называется эпохой Великой греческой колонизации, которая совпадает с архаической эпохой истории самой Греции, то бишь временем становления античного греческого полиса, специфика формирования которого и несет в себе причины, побудившие народы Древней Эллады к колонизации. Но здесь я не стану углубляться в эти причины, так как более уместным будет поговорить об этом в статьях, посвященных изучению Греции. Беглый же анализ вопроса дает информацию следующего рода: наличие победителей и побежденных среди представителей одного или нескольких народов, перед которыми вставал выбор – быть рабом или искать новые земли для жизни; разложение родовых отношений и появление значительного количества свободных и не пристроенных в жизни бывших земледельцев – иными словами, имело место перенаселение; развитие товарно-денежных отношений с последующим поиском новых рынков сырья и сбыта продукции, а так же новых источников рабов…

Кто принимал участие в Великой греческой колонизации? Да практически каждый регион и город, не зависимо уровня своего развития – от отсталых, преимущественно земледельческих районов, до развитых торгово-ремесленных центров. Что естественным образом отразилось на цели колонизации: если первых интересовал преимущественно аграрный аспект этого предприятия – то есть, захват и освоение новых земель, то внимание вторых было сосредоточено на расширении торгово-ремесленных связей вплоть до организации производств какого-либо вида продукции. И что, конечно же, нашло отражение и в отношениях с местным населением. Если целью колонизации была земля (преобладание аграрного интереса), то, разумеется, местное население рассматривалось исключительно как помеха. Ну, или как дешевая или вообще бесплатная рабсила, от которой не требовалось особых навыков и талантов. В случае преобладания аспекта торгового, требования к «местным» уже возрастали, так как «работодатель» нуждался уже в «профессионалах средней руки», мастерство которых было бы на уровне, достаточном для ведения торговых сделок, но не достаточном для развития собственного дела. То есть особо умные не приветствовались, представляя потенциальную угрозу для колониста. Ведь на тех территориях, где греки и финикийцы сталкивались с развитыми и централизованными государствами, возможности для основания ими городов-колоний существенно урезались или вообще сводились к нулю.

Колонизаторам (и не только финикийцам, грекам, но и тем же римлянам, арабам, норманнам…) Сицилия была интересна в большей степени наличием плодородных земель – «возбуждала» пшеничными полями аборигенов. Потому что дефицит зерна являлся одной из главных причин захвата земель народами, уровень развития которых и качество жизни способствовали быстрому росту населения. Да и в целом остров привлекал богатством своих природных ресурсов и средиземноморским субтропическим климатом с дождливым жарким летом и непродолжительной мягкой зимой. Следовательно, преобладал здесь интерес аграрный со всеми, как говорят, «вытекающими последствиями» для местного населения, к которым мы здесь еще вернемся.

Согласно утверждениям одних исследователей, Великая греческая колонизация имела три основных направления: западное (Италия, Сицилия, Корсика, Южная Галлия, Испания, а так же побережье и острова Ионийского моря к северо-западу от Греции), северо-восточное (берега Черного моря, северное побережье Эгейского моря, Геллеспонт, Пропонтида и Боспор Фракийский) и юго-восточное (Африка, южный берег Малой Азии и восточное побережье Средиземного моря). В других источниках направления, в которых продвигались греки с целью захвата земель, характеризуются уже более обобщенно. Здесь авторы рассматривают только два вектора движения: западное и восточное средиземноморье. То бишь, на запад – к берегам Южной Италии, Сицилии и дальше; и на север – через море Мраморное в море Черное с продвижением на юг через Средиземное море. Но нас в данном случае интересует только одно направление – западное. А именно, колонизация греками острова Сицилия.

Начну с того, что греки не утруждали себя открытиями новых земель – они просто продвигались по уже проторенным финикийцами тропам. Им нужны были новые территории (о причинах уже сказано), а потому и выбор делался в пользу того, что уже существовало, процветало, а соответственно, и привлекало. И желание обрести право собственности на землю оказалось сильней сопротивления как местного населения острова (сикулов и сиканов), так и сицилийских финикийцев. К тому же земли Сицилии не могли не привлекать своей неистощимостью (вулканические почвы очень плодородны) и природным изобилием: река Акесин, сбегая по склонам Этны, питает роскошные прибрежные луга, оливковые и лимонные рощи… Не последней в числе привлекательных факторов была возможность вести торговлю с местным населением.

Побережье Италии и Сицилии в основном было колонизовано представителями ахейских (от них ведут начало микенской цивилизации) и дорийских (а вот эти уже причастны к упадку детища ахейцев – микенской цивилизации) древнегреческих племен. Но и те и другие являлись одними из основных и многочисленных древнегреческих племен. Но появление первых колоний на Сицилии связывают не с ними, а жителями греческого острова Эвбея, в частности городов Халкида и Эретрия. Уточню, что наиболее мощным поселением эвбейцев стала колония не на Сицилии, а на Апеннинском полуострове. На небольшом островке Питекусса (рудоносный остров Энария), что у западного берега Италии, появилось первое поселение халкидян и эретрийцев, которое впоследствии видоизменилось в первую греческую колонию на итальянском побережье Кимы (впоследствии римляне изменили это название на Кумы – Kume на Cumae). Кимы довольно быстро стала центром торговли и земледелия благодаря выгодному положению, а так же близостью к морю. Следующий шаг – колонии по обе стороны пролива, отделяющего Италию от Сицилии, – города Регий и Занклу (колонии Халкиды). По свидетельству историка античности Фукидида основателями города Занкла были Периер из эвбейской колонии Кумы и Кратемен из Халкиды (около 730 г. до н.э.). Павсаний в своем «путеводителе» «Описание Эллады» называл основателей второй колонии: это выходцы из Мессинии (Пелопоннез) во главе с Алкидамидом. И практически одновременно (в 734 г. до н.э.) греки Халкиды основали город-колонию Наксос на территории Сицилии – у подножия вулкана Этна. А спустя несколько лет уже Наксос выступал в роли колониста, отвоевав у сикулов новые территории. Так был основан город Леонтины, а вслед за ним – Катана. Ссылаясь на Фукидида, назову имена основателей: Наксоса и Леонтин – Феокл, Катаны – Еварх.

В историю колонизации Сицилии греками вошли и коринфяне – жители древнего полиса Коринфа (территория Истмийского перешейка). Начали коринфяне свою кампанию по захвату территорий Сицилии примерно в середине VIII века до н.э., да к тому же уверенно и, как говорится, по «всем фронтам». Одна из причин кроется в появившемся перед другими преимуществе – новые корабли (триеры). Но были причины и другие: родовые и политические раздоры, междоусобицы, поиск места для новой жизни, где можно реализовать желание управлять и т. п.. К тому же был подготовлен плацдарм для успешного продвижения к берегам Италии и Сицилии в виде освоенного ранее коринфянами острова Керкира. Следствием этих причин стал город-колония Сиракузы. Коринфяне основали не просто колонию, а важнейший центр греческих владений на восточном побережье Сицилии (ныне не менее важный портовый город), о котором говорил еще Цицерон, называя его «самым большим и самым красивым городом Древней Греции». Да, собственно, и к Сицилии как острову в период ее греческой колонизации эпитет «часть (или части) Великой Греции» так же вполне применим. Потому как в колонизации Сицилии помимо халкидян и эретрийцев приняли участие и другие греки, а соответственно, появились и другие города.

Пример Коринфа не остался незамеченным «соседями» из города Мегара, чья область (область Мегарида) в Греции граничила с коринфской (Истмийский перешеек). Во-первых, мегарцам нужно было доказать свое если не превосходство, то равенство с коринфянами, так как ранее жители Мегары были у них в зависимости, но отстояли свою свободу и независимость. Во-вторых, на территории города имелись «излишки» населения, то есть фиксировалось перенаселение. К тому же Мегара имела выгодное расположение, находясь между крупнейшими западным и восточным заливами Греции – Коринфским и Сароническим. Как результат уже в VIII веке до н.э. (примерно в 725 году до н.э.) мегарцами севернее Сиракуз был основан город Мегара Гиблейская. Но спустя столетие на этом же месте уже была колония Селинунт.