Камбоджа. Меня услышали… (2013).

Сегодня я расскажу вам об одном из прекраснейших и загадочных мест на нашей планете, куда завела меня жажда познания. Это государство Камбоджа, расположенное в юго-восточной Азии, в южной части полуострова Индокитай.

Камбоджа – это сердце древнего индуизма. И, пожалуй, нет более подходящего места на Земле, которое бы помогло глубже понять эту религию, изучить ее основы, прочувствовать ее не столько разумом, сколько сердцем и телом. Ибо в изучении некоторых вещей разум человека бессилен. И лишь отключив логику и рационализм, перестав цепляться за поиск смысла воспринимаемого и отказавшись от попытки придать этому всему привычный порядок, человек становится восприимчив к информации, которая и есть не что иное, как истинное знание.

Должен признаться, что Камбоджа произвела на меня просто потрясающее впечатление абсолютно всем. Это и приветливые, всегда улыбающиеся кхмеры (местное население Камбоджи – очень красивая нация) – чрезвычайно добрые и духовно чистые изнутри люди. Это и необычные культурные традиции, и обычаи. Это изумительная по своей красоте природа – джунгли просто завораживают и манят скрытыми в своих недрах тайнами…. Но в первую очередь Камбоджа меня удивила, конечно же, своими храмами, по численности которых она превосходит даже Индию: храмов на ее территории насчитывается порядка пятисот. Ради которых я, по сути, и прибыл в эту страну.

Я много читал и слышал о храмовом комплексе Ангкор, расположенном неподалеку от Сием Риеп – второго по популярности города в Камбодже. Сием Риеп (по-кхмерски «Победа над сиамцами») еще называют воротами древнего Ангкора, поскольку ни один путешественник не пропускает его, направляясь к храмовому комплексу. Остановился в этом городе и я. Ранее это было маленькое тихое поселение, протянувшееся вдоль одноименной реки. Но после того, как храмы Ангкора были открыты для туристов, Сием Риеп стал превращаться в город, обслуживающий иной город – город каменных храмов, затерянных в лесах и саваннах. Кстати, многие храмы недоступны и по сей день. Основная причина заключается вовсе не в их затерянности в джунглях. Все намного прозаичнее – в Камбодже еще очень много мест, которые не успели обследовать и разминировать после последней гражданской войны (в этом плане у Камбоджи довольно бурное прошлое – воевать пришлось камбоджийцам долго и с разными противниками). И таблички, предупреждающие о возможном нахождении мин и бомб в земле, можно считать еще одной достопримечательностью страны, как и музей мин, в котором выставлены извлеченные и обезвреженные смертоносные свидетели трагедии, пережитой населением Камбоджи. Некоторые храмы, среди которых есть воистину потрясающие сооружения (прежде всего, по своей силе), в последнее время вынуждено закрывают в виду их аварийного состояния. – Правительство Камбоджи не может себе позволить произвести дорогостоящую реконструкцию своих исторических ценностей. В прошлом веке культура кхмеров в целом очень серьезно пострадала. Многие памятники были безвозвратно утеряны: вывезены за пределы страны, уничтожены в войнах или просто были использованы местным населением как строительный материал. Но по окончании гражданской войны в Камбодже были включены во Всемирное Наследие ЮНЕСКО целый ряд исторических памятников на ее территории (в том числе и комплекс Ангкор), что способствовало началу активных реставрационных работ.

Итак. Остановился я в одном из отелей Сием Риепа, и в моем распоряжении было три дня (с 12.02.2013 по 14.02.2013). Основной целью моей поездки было посещение храмов, посвященных Шиве – именно энергии этого божества притягивали мое внимание, и с его энергиями я еще в Киеве запланировал работу. Шива в индуизме является олицетворением разрушительного начала Вселенной и трансформации – начала созидающего. Это одно из божеств верховной триады, в которую входят так же Вишну с творцом Брахмой. Но прибыв в колоссальное по своей мощи место Силы, коим является Ангкор, глупо было бы исследовать его избирательно. Ибо возможность посетить место Силы – это подарок самой Силы. Ангкор – это грандиозный комплекс храмов, дворцов, водохранилищ и каналов, включающий руины древних столиц Камбоджи Яшодхарапуры и Ангкор Тхома. Храмы Ангкора воспроизводят положение звезд созвездия Дракона на рассвете в день весеннего равноденствия. Построены они без применения цемента и каких-либо других связующих материалов. Каменные блоки в них сцеплены по принципу замка. Ученые современности до сих пор не могут прийти к единому мнению относительно способа возведения людьми таких невероятно сложных строений.

И первым чудом, которое предстало перед моими глазами, стал Ангкор Тхом или Большой Город, Большой Ангкор, который известен так же как Древний Город, Мертвый Город, а в переводе с кхмерского языка его название означает «Великая столица». Этот город был столицей Камбоджи в 12 – 14 веках прошлого века и действительно имел большие размеры (это был город-миллионер по количеству жителей). Ангкор Том имеет форму квадрата и окружен восьмиметровой стеной из латерита. К нему с четырех сторон подходят четыре дороги и еще одна дополнительная, ведущая через так называемые Ворота Победы на Террасу Слонов. А все основные пути сводятся к главной достопримечательности – храму Байон.

Храмы Байон и Пимеанакас или Небесный Дворец были построены задолго до появления города и потому находятся за его чертой. Храм, а точнее храмовый комплекс – самый загадочный и мистический храм в Ангкоре. И кстати, второй по величине в Камбодже. Одна из надписей, обнаруженная на стенах этого храма, повествует о том, что «Земля Камбу подобна небу». И я уверен, что она отражает соответствие храма северному полюсу эклиптики – точке в созвездии Дракона, вокруг которой вращается земная ось. Но, даже не вдаваясь в эти тонкости индуистской космологии, глядя на величественное строение, уходящее своими башнями в небо, поневоле задумаешься над особым замыслом его создателей – Байон является связующим звеном между небом и землей, между одним миром и миром другим…

Город Ангкор Тхом в целом и Байон в частности построен правителем Кхмерской империи Джаяварманом VII (1125 — 1215 гг.), личности интересной и противоречивой согласно дошедшей до нашего времени информации. И Байон является своего рода отражением или олицетворением (что наиболее подходит в данном случае) своего создателя. Этот храм широко известен своими огромными каменными лицами бодхисатвы Авалокитешвары, который наблюдает за всем происходящим вокруг. Но, по мнению многих исследователей Байон принято считать все же олицетворением Джаявармана VII по причине внешнего сходства его ликов (которых насчитывают более 200, вырезанных на 54 башнях) с лицом последнего великого императора Камбуджадеши.

О Байоне, как впрочем, и о каждом из храмов Ангкора, которые мне удалось посетить с 12 по 14 апреля 2013 г., говорить можно бесконечно долго, стараясь уделить внимание каждой детали увиденного. Но я не стану говорить много. Я скажу лишь главное.

Байон – это многоликий храм, храм, который тебя видит. И от этого таинственного взгляда прикрытых глаз невозможно уйти – он обволакивает, он пронизывает, не оставляя в человеке ничего, что можно было бы скрыть. Каменные лики на башнях храма направлены по всем четырем сторонам света, и потому, входя на территорию Байона, сразу же ощущаешь на себе его пристальный взгляд. Загадочное улыбчивое выражение лиц Байона иногда сравнивают с улыбкой Джоконды, называя «Моной Лизой или Джокондой Юго-Восточной Азии», или же именуют «улыбкой Байона». Каждое лицо храма имеет собственную индивидуальность, непохожесть на другие такие же лица, хотя первое впечатление подводит совершенно к иному выводу. К тому же выражение лиц Байона зависит от освещения, делая их то приветливыми, то зловещими. Это совершенно разные лица. Но в то же время лицо у храма одно – и это лицо Силы. Всматриваясь в многочисленные глаза Байона, понимаешь, что смотришь в глаза самой Силе – что ты стоишь к ней лицом к лицу…

Отправляясь в Камбоджу и планируя свой маршрут, я в списке храмов первым вписал Байон. Но главную причину своего выбора я понял, только посетив этот храм. Я понял, что прежде чем вступить в Ангкор, мне следовало предстать перед лицом Силы.

Следующим стал  Бапуон (Бапхуон) или храм-гора. Я целенаправленно выбирал именно этот храм, потому как посвящен он Шиве. Бапуон – это трехуровневый индуистский храм-пирамида с очень сложной и потрясающе красивой резьбой, расположенный в самом сердце комплекса Ангкор-Тхом. Своим видом он действительно оправдывает данное ему второе имя –  «храм-гора», олицетворяющий собой священную гору Меру. Должен сказать, что символическое соотнесение храма пирамиды со священной космической горой Меру является широко распространенным в кхмерской культуре явлением. Мифологическая гора Меру – это индуистский Олимп, местожительство богов. Формой эта гора напоминает фаллический символ, то есть лингу – мужское начало, первоисточник всего живого и один из вариантов изображения Шивы. А что же в таком случае является аналогом женского начала? У кхмерских храмов всего один вход и это не что иное, как матка – вместилище плода, из которого развивается Вселенная, а по сути, женское начало. При закладке храма (прасата) в фундамент закладывались золотые и серебряные листы, повторяющие форму настоящих листьев, и драгоценные камни – таким образом, обеспечивая как бы основу для оплодотворения, для рождения самого храма. И если уж говорить о рождении Бапуона, то этой датой считают 1060 год. Это был центр древней столицы Яшодхарапура. Для свободного же посещения Бапуон был открыт не так давно – в 2011 году, так как ранее просто не было что показывать – храм был разрушен. Разбросанные блоки из песчаника реставраторы постепенно начали собирать воедино, в результате чего Бапуон родился вновь.

Очень долго я ходил по этому храму, фотографировал… и внимательно присматривался и прислушивался к вибрациям, исходящим от строений, скульптур… Всматривался в лица людей с резных изображений на стенах храма, старался прочувствовать события, атмосферу которых пытались передать авторы той далекой древности… Прислушиваясь к собственным ощущениям и возникающим при этом мыслям. Я не только знакомился с этим местом Силы. Я так же искал место, где бы мог провести давно запланированную работу (проведение которой было одной из первоочередных целей моего посещения камбоджийских храмов). Таким образом, я выбрал несколько довольно специфических по своей энергетике мест в храме, в которых и останавливался для своей работы. Проходившие мимо люди не обращали на меня никакого внимания, ибо ничем особым я его и не вызывал – вся работа шла на ментальном плане. И если бы даже кто-либо и задался целью пронаблюдать за мной, он бы все равно ничего не заметил и не понял, что я кого-то призываю, к кому-то обращаюсь. Моя работа – это особого рода настрой на избранное мною место в храме, определенный посыл, слова, определенная просьба и так далее. Окончив работу, я направился к выходу из храма. И вот здесь мое внимание привлекла одна из статуй, и я невольно остановился возле нее. Всматриваясь в лицо этого божества, я всем своим естеством ощутил мощнейший поток энергии, излучаемой статуей. А спустя несколько мгновений я услышал: «Мне вначале подают, а потом просят». Слова прозвучали четко, как будто их произнес кто-то, стоящий рядом со мной. Но в непосредственной близости от меня никого не было. И даже если бы это было сказано кем-либо из посетителей храма, я все равно ничего не понял, так как люди, находившиеся поблизости – это преимущественно местное население. А кхмерского языка я не знаю. Мне понятна лишь мимика и отдельные мысли, которые я выхватываю из общего контекста размышлений человека – и не более того.

Я еще раз внимательно взглянул в лицо статуи, и в голове моей промелькнула мысль, что услышанные мною слова принадлежат ей – это она обращается ко мне. Слова я услышал, но их смысл остался для меня непонятен. И потому поразмыслив над ними некоторое время и не найдя им логического объяснения, я не придал особого значения этому явлению. Внимание мое тут же переключилось другие объекты, находящиеся на территории храмового комплекса и я совершенно забыл об этой необычной статуе…

…Но вспомнил о ней я довольно быстро. Когда я встретился со своим гидом, ожидавшим меня в условленном месте (для работы в храме мне нужно было остаться одному, без сопровождения), то первое, что я от него услышал: «Игорь, почему ваша сумка открыта?» Обратив тут же внимание на свою переброшенную через плечо сумку, я с удивлением обнаружил, что замочек кармана, в котором хранился кошелек с деньгами и загранпаспорт открыт. Второе мое открытие заключалось в том, что кошелька на своем месте я не нашел – 1300 долларов (все, что у меня было) испарились в неизвестном направлении. Гид, сокрушаясь, начал что-то рассказывать об имеющих здесь место кражах личных вещей у туристов и тому подобное, попутно удивляясь моей реакции на произошедшее: он никак не мог понять, чему так радуется человек, который остался без гроша в кармане. А я действительно ликовал! Ибо я в одночасье понял смысл услышанной возле статуи фразы: «Мне вначале подают, а потом просят». – Прежде, чем обращаться к энергиям Шивы, следует что-либо пожертвовать, а уж потом просить. Я же осмелился обратиться, не дав ничего взамен. И плата была взята. Но я был рад этому – меня услышали! И не просто услышали, но и преподнесли ценнейший урок, который я запомню на всю жизнь: прежде чем что-либо попросить и взять, следует сначала чем-либо пожертвовать, что-либо отдать. Иначе возьмут сами. К тому же, могут еще и наказать.

В кармане моей сумки остался нетронутым загранпаспорт, хотя и лежал рядом с кошельком – и это было просто замечательно. Так как без документов мне было бы намного сложнее в чужой стране. И этот факт я расценил как знак того, что меня не наказали. Энергиями Шивы была взята плата за мою просьбу и моя работа в Бапуоне показала свой первый результат – меня здесь услышали, достойно приняли, оказали внимание, уважение, и дали очень серьезный и дельный совет на всю жизнь. Но главное – посредством статуи я получил благословение: меня приняло это место Силы, и мне было позволено войти в него. И не просто войти, но и работать э его энергиями. А это значит, что я справился с поставленной задачей, и мне удалось выполнить то, ради чего я преодолел тысячи километров пути.

И я продолжил изучение храмов… Все увиденные мною храмы были просто великолепны. Ничего подобного ранее мне не доводилось видеть и чувствовать. И не только по своей внешней неповторимой красоте и в своем величии. Увиденное и воспринятое невозможно описать, ибо эти вещи не подлежат какому бы то ни было описанию посредством существующих понятий. За время своего посещения мне удалось посетить около двадцати древних храмов. Одни я просто изучал, наслаждаясь их неземным великолепием и величием. В других проводил запланированную работу.

В первый день мне удалось так же побывать в пирамидальном храме Пименакас или «Небесном дворце», расположенном в верхней части Террасы Слонов. По одной из версий этот храм был домашним храмом короля. Вход в него пролегает через крестообразную гопуру с тремя проходами, на стене которой вырезан текст присяги на верность Сурьяварману І.

Далее следовали Терраса Слонов и Терраса Прокаженного Короля.

Терраса Слонов проходит на север от входа в Байон до Террасы Прокаженного Короля (это порядка 300 метров в длину). Резные фигуры слонов вдоль его стен дали ей это современное имя. Хотя оформление центральной секции Террасы Слонов вполне могло дать ей и другое имя – например, Терраса Львов или Терраса Гаруд.

Севернее этой террасы находится не менее красивое место – Терраса Прокаженного Короля. Эта терраса в сравнении с предыдущей не столь велика (всего 25 метров), но зато высота ее достигает 8 метров, что, должен сказать, весьма впечатляет. Впечатляет так же и общее ее великолепие, присущее всем объектам, построенным в правление  Джаявармана ІІ. Столь необычным названием эта терраса обязана скульптуре прокаженного короля, находящейся на платформе. Король сидит в соответствии с яванской традицией, приподняв правое колено, в позе «королевского отдыха», окруженный тремя обезглавленными статуями воинов, держащих булавы в правых руках. В настоящее время это копия, поскольку оригинал находится в национальном музее в Пномпене – столице Камбоджи. Этому загадочному месту хочу уделить чуть больше внимания благодаря одной интересной детали. Во время реставрационных работ за стеной, украшенной барельефами, была обнаружена другая стена, строго повторяющая контуры первой. Согласно одной из версий ученых эта внутренняя стена была сразу же зарыта после ее возведения, ибо является носителем изображений персонажей подземного мира, обитающих под горой Меру или, другими словами, олицетворяет мир мертвых. Возможно, доля истины в данном предположении имеется, потому как, находясь в коридоре, образованном двумя стенами, испытываешь довольно специфические ощущения – это воистину граница между мирами.

И еще одно потрясающее как по своим размерам, так и по своей мощи место в Ангкоре, о котором обязательно следует сказать – храмовый комплекс Ангкор Ват.

Это просто гигантский храмовый комплекс, одно из крупнейших культовых сооружений, когда-либо созданных на нашей планете. Здесь впечатляет своими размерами буквально все. Ангкор Ват имеет форму громаднейшего прямоугольника, занимающего площадь в 200 гектаров. Ров, заполненный водой, которым окружен по всему периметру этот комплекс, имеет не менее внушительные размеры. Изначально Ангкор Ват строился как жилище богов и был посвящен Вишну – одному из божеств триады (Брахма – Вишну – Шива). В его стиле прослеживается все та же типичная для индуизма Камбоджи традиция фаллического символизма – форма храма-горы, представляющего мифическую гору Меру – обиталище богов. И такую мощь невозможно полноценно рассмотреть и понять, находясь на земле. Подобное наилучшим образом познается только при наличии возможности посмотреть на него сверху. И я всегда ищу такую возможность. Будучи в Гималаях, я нанял самолет, чтобы облететь всю его территорию. На Ангкор Ват так же нужно посмотреть сверху, чтобы действительно его увидеть. Святые места, подобные храмовому комплексу Ангкор Ват, колоссальные по своим размерам и которым десятки сотен лет, наилучшим образом познаются только тогда, когда человек может охватить взглядом всю эту мощь, силу и величие. И, повторяю, я всегда ищу такую возможность. Правители, основатели храмов, по приказу которых возводились эти строения, не могли себе позволить увидеть свои святыни сверху – я же хочу это сделать. Хочу увидеть их с высоты птичьего полета, и стараюсь сделать это обязательно. Потому что совершенно другие ощущения испытываешь при этом, совершено другой настрой… Пытаться рассказать о таких вещах не имеет смысла, потому как слишком беден язык наш, дабы полноценно передать испытанные чувства – это нужно только увидеть…

Каждый из трех дней, проведенных в храмах Ангкора, дарил мне просто незабываемые ощущения. И прежде всего, ощущения присутствия Силы и древней Мудрости. И в каждом из храмов это ощущение было особым, несравнимым с уже пережитым – принадлежащим только данному конкретному месту Силы. И каждый из храмов Камбоджи, который мне посчастливилось посетить, запомнится мне своим собственным, особым и ни на что не похожим ликом.

Открытие для себя храмов Ангкора как Места Силы – это, безусловно, одно из моих величайших открытий. Но понятие «мое открытие» в полной мере подходит и для несколько иной сферы моих интересов. Камбоджа мне подарила еще одно открытие. И связано оно с массажем.

Массаж очень популярен в Камбодже. То есть, если так можно выразиться, массажем занимается чуть ли не все население и практически на каждом углу – это один из видов заработка. Идя по улицам Сием Риепа, можно повсеместно наблюдать расположенные вдоль дорог в большом количестве тапчанчики для процедур и такое же количество массажистов. А поскольку я являюсь поклонником массажа, то, конечно же, воспользовался предлагаемыми услугами местных мастеров. Принимал я массаж у разных специалистов, преимущественно женщин-камбоджиек. Но прежде чем рассказать о главном своем открытии, стоит упомянуть и о другом не менее важном открытии в этой же области. Сформулирую я его следующим образом: «Бестолочи есть везде».

Итак, я как истинный поклонник массажа, а попутно как человек, прекрасно разбирающийся в анатомии человека, знающий все акупунктурные точки на теле (как вы помните, я окончил мединститут и преподавал хирургию на кафедре), к тому же имеющий довольно глубокие познания в работе с жизненной энергией Ци человека, чему способствовало в большой мере посещение мною храмов Шаолиня и Вьетнама, предаваясь массажу внимательно следил за действиями человека, выполняющего этот массаж. И к своему удивлению обнаружил, что среди специалистов, предлагающих свои услуги массажистов, огромное количество бестолочей и тупиц, которые не имеют совершенно никакого понятия о том, что делают и как следует это делать правильно. Единственный массаж, который мне довелось принимать в Камбодже, и который мне очень понравился и запомнился, был выполнен мужчиной. Причем мужчина этот был настолько худым, что я просто диву давался – откуда он берет силы, чтобы так давить на мое тело? Но его техника выполнения массажа была просто великолепна! Но после мне уже ни разу не встречался ни один стоящий своего звания массажист. И после каждой очередной попытки доверить свое тело мастеру массажа, я впоследствии жалел, что не прерывал эти процедуры сразу же – ибо это были такие бездари, что кроме разочарования я не испытывал ничего.

И, тем не менее, сама техника камбоджийского массажа меня сильно заинтересовала. Интерес мой был вызван некоторыми приемами, используемыми камбоджийцами и камбоджийками в ходе своей работы. Я начал целенаправленно общаться с этими людьми, расспрашивать, просил показать мне инструкции и тому подобное. И мне стали предлагать сделать более углубленный массаж. То есть такой вид массажа, который они не делают на улицах, а только в салонах – как они его называли VIP-массаж. Я, конечно же, соглашался. И вот здесь я увидел одно серьезнейшее действие, выполняемое массажистами. И связано оно с прокачкой энергии. Я был просто потрясен наличием этого элемента в ходе процедуры массажа. Расспросив этих людей о цели применяемого ими способа, понял, что они не имеют ни малейшего понятия об этом. Их обучили данным вещам – они исправно, словно мартышки, следуют полученным инструкциям, не вникая особо в суть собственных действий. Эти специалисты массажа не отдают себе отчет в том, что их действия направлены на прокачку энергии по телу человека – они об этом ничего не знают.

Но я-то прекрасно знаю, зачем это выполняется и на какой ориентировано результат! Поскольку я, повторю, посетил монастыри Шаолиня в начале прошлого года и общался со многими монахами, раскрывших мне принципы энергетических упражнений, в основу которых заложено движение энергии (а в основе движения энергии лежит кровь, воздух и мысль). То смысл заинтересовавших меня приемов, их основной принцип мне был предельно ясен. Итак, что это за принцип, который произвел на меня просто неизгладимое впечатление в Камбодже?

Во время проведения массажа камбоджийские специалисты примерно на минуту передавливают магистральные сосуды на руках и на ногах. Попеременно – вначале одновременно на двух руках, после одновременно на ногах. То есть они передавливают бедренную артерию в области бедренного треугольника, наваливаясь всем телом, прекращая, таким образом, ток крови в ноги. То же проделывают и с магистральными артериями рук. Таким образом, как я уже сказал, массажисты останавливают движение крови. И если это действие выполнить правильно, то человек начинает испытывать покалывание в руках и ногах, появляется специфическое ощущение, для описания которого применяют понятие «руки (ноги) ватные», тело в этих местах становится нечувствительным к прикосновению… тело «немеет» –  то есть ощущение по природе своей необычное. Кто-то, возможно, удивится: «Что ж ту необычного? Каждый в своей жизни испытывал подобное и не раз». Но дело в том, что ощущать это покалывание и эту нечувствительность можно по-разному. Обычно человек просто обращает внимание на перечисленные мною ощущения и ждет, пока самопроизвольно восстановится кровообращение, и его рука или нога сможет вновь нормально функционировать – он не задумывается над процессами, проходящими в это время в его организме. Я же в отличие от такого человека вижу процесс, что называется, изнутри, понимаю его механизм, что, соответственно, дает мне возможность этим процессом управлять. Этим видением я обязан, прежде всего, мединституту, давшему мне колоссальную базу необходимых для этого знаний, а так же, безусловно, монахам Шаолиня. Но вернусь к самому процессу массажа и особому приему, используемому при этом.

Как я уже сказал, массажистки, передавливая попеременно магистральные сосуды рук и ног, останавливают таким способом движение крови. По истечении нужного времени (напомню – примерно минуты) они резким движением убирают свои руки, освобождая сосуды и давая ход току крови. И кровь резким толчком ударяет в стенки сосудов, устремляясь вперед. – Это просто непередаваемое ощущение! И вот это необычное действие называется прокачкой энергии. Эффект у него просто ошеломляющий! И для меня было поистине открытием, что камбоджийцы владеют этим уникальным упражнением, хотя сами и не осознают этой его уникальности.

Уникальность этого приема в том, что вначале кровь, а по сути, энергия, останавливается, а спустя время, когда давление извне на сосуды убирается – этот поток (кровь = энергия) пускается по сосудам. Стоит предупредить, что это довольно стрессовая процедура, которая строго противопоказана гипертоникам. Но для человека без какой-либо патологии она дает просто потрясающий эффект: током крови, устремляющимся с неимоверным давлением в обескровленные участки кровеносной системы, очищаются внутренние стенки сосудов от разного рода бляшек и прочей «накипи» – сносится буквально все. Камбоджийцы же используют в своем массаже только эту часть данной практики, не подозревая о наличии и необходимости задействования части второй – силы мысли, энергии мысли. А ведь усилить эффект от прокачки энергии можно, подключив свои мысли. То есть, сконцентрировавшись на ходе крови сразу же после того, как будут открыты сосуды, и, представив этот процесс очищения как можно ярче, – мгновенно подключить и свои мысли. И проводить чистку уже целенаправленно и осознанно, то есть управлять этим процессом.

Описать все то удивительное, необычное и оставляющее след в памяти в душе, что отличает Камбоджу, очень сложно. Страна эта невероятно богата как на чудеса и тайны, так и на обычный мусор и грязь от жизнедеятельности как местных жителей, так и множества туристов. Один из примеров. У кхмеров имеется одна не очень приятная неподготовленному наблюдателю традиция – жевание бетеля (смеси листьев бетельного перца, измельченных плодов арековой пальмы и негашеной извести). Сам процесс жевания можно во внимание и не брать, но вот его последствия что называется, бросаются в глаза. Дело в том, что после длительного пережевывания эта «жвачка» красного цвета (во время жевания вырабатывается красная жидкость в результате взаимодействия смеси со слюной) выплевывается, покрывая землю и асфальт красными пятнами.

Можно долго рассказывать и о климате Камбоджи, определяющемся двумя муссонами, которые и регулируют всю ее жизнь. Холодный и сухой северо-восточный муссон дует с ноября – декабря по февраль – март. Январь является самым сухим месяцем в году. Это так называемый сухой и условно прохладный период, на который, кстати, и пришлось мое посещение Камбоджи. Второй период связан уже с юго-западным муссоном, несущим ветра и дожди (с апреля – мая по октябрь). Это самый благодатный период для камбоджийцев, так как с дождями приходит жизнь – они высевают рис, сажают другие культуры. Именно с приходом сезона дождей у кхмеров связано празднование нового года – празднуется он в апреле. Во время этого сезона река Меконг, главное озеро страны Тонлесап (на которое я так же целенаправленно ездил), и прочие водоемы наполняются водой, выходя из берегов и заливая большие прибрежные площади. – И все оживает. Река Меконг, берущая свое начало еще в Тибете, является самой большой рекой всей Юго-Восточной Азии и главным носителем жизни в Камбодже совместно с озером Тонлесап, потому как понятия вода и жизнь здесь обретают свою идентичность.

Огромное и необычное озеро Тонлесап в Камбодже является одной из природных водных достопримечательностей. Это озеро с желтой и очень мутной водой. Его название Тонлесап чаще всего переводят как «Большое озеро», поскольку дословный перевод «Большая свежая вода», мягко сказано, не совсем соответствует действительности: вода в нем невероятно грязнющая, да и вонь от нее распространяется так же неимоверная. Но на этом озере живут люди, и живут в буквальном смысле прямо на воде. Почти все строения здесь плавучие и мигрируют в течение года по озеру. Это поселения вьетнамцев, осевших некогда в Камбодже в силу исторических событий. Люди живут на воде потому, что это выгодно – на воде жить дешево, так как в таком случае они не платят налог на землю. Передвигаются исключительно на лодках, так как иного способа просто не существует.

Такие плавучие деревни однозначно и полноправно претендуют на роль достопримечательности Камбоджи. Это целая водная инфраструктура. Здесь не просто скопление хижин на понтонах, а целые водные поселки – со школами, церквями, полицейскими участками, базарами и кафе и тому подобным. Но данная достопримечательность интересовала меня исключительно в рамках формирования целостной картины жизни в целом и отдельных традиций Камбоджи.

А вот к тому необычному, что имеется в Камбодже и что меня действительно очень заинтересовало, с уверенностью отношу охоту на крокодилов. По сути своей это даже не охота, а единоборство, ибо человек выходит против крокодила только с одним ножом. Прежде чем дать человеку разрешение на эту охоту, ее организаторы берут с него расписку о том, что в случае, если того порвет крокодил, со стороны родственников и прочих лиц не будет никаких претензий. Детальные рассказы об особенностях этой охоты взбудоражили дух охотника во мне. И при первой же возможности я непременно вернусь в Камбоджу для охоты на крокодила – чтобы вступить с ним в бой один на один.

Но вернусь я в первую очередь для того, чтобы продолжить изучение этого места Силы. Священного места, где меня услышали…

Маг Ингвар (Бомбушкар И.С.), г. Киев